Книга Эгоистичная принцесса, страница 121 – Ада Нэрис

Она тряхнула головой, отгоняя наваждение. Сейчас важнее другое. Нужно встретиться с Рэйдо, рассказать ему всё, что она узнала от Генриха, и вместе разработать план защиты. От Культа. От тех, кто охотится за их магией.

И в этот самый миг тишину вечера разорвал крик.

Пронзительный, полный ужаса женский крик, донёсшийся из восточного крыла, где находилась малая дворцовая часовня. Скарлетт узнала этот голос мгновенно. Тиара.

В одну секунду усталость исчезла, мысли о Культе и заговорах отступили на задний план. Осталось только одно: сестра в опасности. Скарлетт сорвалась с места и побежала, раздирая пышные юбки своего тёмно-бордового платья, чтобы не мешали двигаться. Сердце колотилось где-то в горле, лёгкие горели, но она не останавливалась. Она бежала так, как не бегала никогда в жизни, и в этом беге не было ни стратегии, ни расчёта — только древний, животный инстинкт защиты крови.

Она влетела в длинный, узкий коридор, ведущий к часовне, и картина, открывшаяся ей, заставила кровь застыть в жилах.

Тиара стояла, прижавшись спиной к тяжёлой дубовой двери, и её белое, как первый снег, платье было испачкано пылью и чем-то тёмным, похожим на грязь или… кровь. Её окружали четверо. Четверо в чёрных, бесформенных балахонах, с надвинутыми на лица капюшонами, из-под которых не было видно ничего, кроме зловещей пустоты. В их руках поблёскивали кривые кинжалы, а в воздухе пахло озоном и гнилью — верный признак тёмной магии.

Они надвигались на Тиару медленно, смакуя её ужас, играя с ней, как кошки с мышью. Один из них уже занёс руку для удара.

Скарлетт не думала. Она просто взорвалась.

Её магия, всегда такая живая и неукротимая, выплеснулась наружу единым, ослепительным алым всплеском. Воздух вокруг неё загустел, заискрился, и десятки алых лепестков, острых, как бритва, сорвались с несуществующих роз и метнулись в нападающих. Двое из них вскрикнули, отшатываясь, закрывая лица руками, по которым тут же потекла кровь. Но остальные двое не отступили. Они развернулись к Скарлетт, и в их пустых капюшонах зажглись два багровых огня — глаза, полные ненависти.

— Скарлетт! — закричала Тиара, и в этом крике смешались ужас, надежда ичто-то ещё, что Скарлетт не успела различить. — Спаси!

Скарлетт рванула вперёд, не обращая внимания на опасность. Её ладони вспыхнули алым, и она ударила по ближайшему противнику волной чистого жара. Тот зашатался, его балахон задымился, и он рухнул на колени. Но второй оказался быстрее. Он уклонился от её атаки и, прежде чем Скарлетт успела среагировать, полоснул кинжалом по её предплечью.

Боль была острой, но не сильной — царапина, не больше. Однако кровь, тёплая и липкая, тут же залила рукав, и Скарлетт на секунду отвлеклась, взглянув на рану. Этого мгновения хватило, чтобы нападающий занёс руку для нового, смертельного удара.

И в этот миг воздух в коридоре превратился в лёд.

Рэйдо появился как всегда — внезапно, бесшумно и смертоносно. Его глаза горели холодным синим пламенем, а от его рук, поднятых в боевом жесте, расходились волны такого мороза, что каменные плиты пола покрылись инеем за одно мгновение. Он не стал церемониться. Просто щёлкнул пальцами, и нападавший, замерший с занесённым кинжалом, превратился в ледяную статую. Его балахон, его руки, его лицо под капюшоном — всё сковал абсолютный, вечный холод.