Книга Игра, страница 154 – Ян Бэк

– Я была ему нужна для вот этого. Для финала. Это было вроде… странной религии, доходящей до исступления. Все началось с одного сна. Он хотел умереть. Втроем, быть расчлененным за компанию с небесным и земным ангелом в качестве последнего акта несправедливости. Понятно?

Бранд проигнорировал этот бред и перешел к роли Бьорк.

– С какого момента вы знали о скорпионах?

– Года три-четыре.

– И конечно же, не увидели никакой связи с преступлениями после появления первых жертв, а? – в его вопросе слышался неприкрытый сарказм, настолько абсурдным представало произошедшее в его воображении. – Уже в тот момент вам следовало бы обратиться к кому надо и отдать это дело.

– Вы так считаете? – только и сказала она и кивнула на труп Кирххофа.

Тут до Бранда дошло, что дело, возможно, было слишком запутанным, чтобы решать его при помощи обычных служебных регламентов.

Большего он в тот вечер от Бьорк не добился. Приехали полицейские и криминалисты, с ними медики и пожарные. Было удивительно видеть столько людей на месте преступления.

Тут он вынырнул из своих мыслей и вернулся на кладбище.

Еще более удивительным был тот факт, сколько же народу пришло на прощание с Вернером Кракауэром. Можно подумать, что умер высокопоставленный чиновник. Общественный интерес, конечно, был подогрет репортажем, сделавшим Кракауэра знаменитым после смерти. Человек, пожертвовавший собой. Газета, из которой его бессрочно уволили, писала о специальном маневре, о секретном расследовании и необходимости распространять ложную информацию, в том числе и слухи о его увольнении до истечения трудового договора. Бранду было очевидно, что это фиктивная чушь, хотя такая версия и говорила в пользу Вернера Кракауэра: человек, которому на лбу написали «Предатель», реабилитирован в медиапространстве. Теперь он тот, благодаря кому закончена Игра в Охоту. Так и было задумано. Бранд не стремился стяжать лавры, Бьорк, вероятно, тоже – хотя бы из-за конфликта интересов. К счастью Кракауэра, общественность не особо интересовало, чем в итоге все закончилось. Он был идеальным героем. Прокуратуре в Берлине было нечего ему предъявить. Да, без сомнения, все закончилось в его пользу.

В голове церемонии первые приглашенные начали окроплять гроб святой водой, осенять крестным знамением и отходить, уступая место другим. Постепенно образовалась очередь, в которую встал и Бранд. Еще раз решил воспользоваться возможностью поискать в толпе Бьорк – ее не было. Избегала с ним встречи? Может, и так, зная, что у него есть еще вопросы. Или что-то помешало ей приехать?

Когда наконец подошла его очередь, он тоже окунул ветку в святую воду и окропил ею ту часть гроба, где стояла фотография в рамке. На ней был изображен мужчина, который мог быть корпулентным братом того, которого знал Бранд. Он вряд ли опознал бы Кракауэра по этой фотографии. Точно так же, как узнал Брама Шпикера по увиденным ранее видеозаписям с главного вокзала лишь при дневном освещении. Эти люди в разных ситуациях выглядели по-разному, в зависимости от того, сколько весили, сколько им было лет, какую прическу они носили (если носили вообще), была ли у них на лице краска, мейкап, клоунский грим или – как в случае Брама Шпикера – яркая ультрафиолетовая маска. В этом-то и сильны суперраспознаватели типа Бьорк. Они узнают людей, несмотря ни на что.