Книга Тайна против всех, страница 102 – Татьяна Полякова, Анна М. Полякова

– Попробуйте, – усмехнулся он.

Такая реакция раззадорила Субботкина, и он пошел с козырей.

– Никакой Саши Кротовой никогда не существовало.

Маков едва заметно сдвинул брови.

– От ее лица с тобой переписывался я.

Тут коллега слегка приврал, но я не имела ничего против. Тем более, для такого дела.

– Не понимаю, о чем речь.

Дверь приоткрылась, и в кабинет вошла Настя, которая все это время следила за ходом допроса из соседнего помещения.

– Узнаешь?

Челюсть Макова чуть дрогнула. Или мне показалось?

Подруга раскрыла удостоверение и продемонстрировала преступнику.

Вот теперь желваки его отчетливо затряслись.

Коллега тихо покинула кабинет, аккуратно прикрыв за собой дверь, а Субботкин продолжил:

– Как ты догадываешься, несуществующая Саша ничего не удалила из вашей переписки, наши технари знают, что с этим делать. У тебя есть шанс признаться. Пока мы добрые. Но сразу предупрежу: доброта наша не безгранична.

Маков заерзал на стуле, а Субботкин продолжал подливать масла в огонь:

– Перчатки, нож, веревка в твоем рюкзаке приметного синего цвета, точно такая же, что на дереве и на шеях остальных жертв. Скоро экспертиза покажет, что отрезана она была с помощью того самого ножа, что был у тебя в кармане. А еще быстрее на твоем компьютере найдут подтверждения планируемых убийств. Конечно, ты можешь осложнять нам работу, только помни, что и себе жизнь ты этим заметно осложняешь.

Повисла тишина. Маков смотрел на свои руки в наручниках и ерзал на стуле. Потом, кажется, впервые за все время допроса посмотрел на меня. Я сидела на стуле в углу комнаты, чтобы не мешать Субботкину, и хранила молчание.

Преступник буквально сверлил меня взглядом, а затем спросил:

– Кто это?

– Наша сотрудница, – спокойно ответил Виктор.

– Кого-то напоминаю? – догадалась я.

Маков чуть наклонил голову, продолжая смотреть в упор.

– Свиридова Татьяна Юрьевна, – пришлось мне представиться.

Вот оно! Настоящая реакция, такая явная, что не укрылась и от коллеги.

– Дочь твоего друга по коалиции, – мигом отреагировал он.

Убийца дернулся, наручники ударились о столешницу, противно лязгнув.

– И еще деталь, – коварно улыбнулся Виктор. – Я внук Глафиры Дмитриевны, профессора аграрного факультета университета. Город назвать или сам догадаешься?

Я вспомнила о том, что, помимо списка воспитанников детского дома, носила с собой и письмо отца бабке Субботкина. Достав листок, я аккуратно его развернула и, поднявшись, положила на стол так, чтобы убийца смог прочитать содержимое, но не имел возможности дотянуться.

Он опустил голову на руки и принялся раскачиваться туда-сюда, словно убаюкивая себя.

– Дети убийц! – вдруг выкрикнул он, резко выпрямившись! – Вы – паршивые потомки убийц!

Я затаила дыхание, ожидая, что последует дальше.

– Ваши семьи убили мою дочь! Это вы во всем виноваты! – Он дернулся и резко замолчал.

Субботкин принялся перелистывать страницы в папке, которая лежала перед ним. Я придвинула стул и присоединилась к нему. Среди прочей информации, которую успели подготовить для допроса, упоминался и ребенок Макова – Макова Эльвира Петровна. Девочка утонула много лет назад.

– Мне было восемь лет, когда это случилось. При всем желании, я никак не могла быть причастна к трагедии.

– Зато твой отец мог, – процедил он и добавил, переключившись на Виктора: – И бабка твоя сумасшедшая!