Онлайн книга «Искатель, 2006 № 07»
|
Командор заметил, как правитель Каликута, обращая внимание на некоторые слова, совершенно равнодушно отнесся к нажиму при упоминании о «христианских» государях. Исходя из этого, Васко да Гама заключил в уме, что индусы христианами все-таки не являются. Потом Заморин сказал: — Я рад приезду гостей из столь отдаленного государства. Я надеюсь, что между Каликутом и Португалией будут мир и дружба, что наши гости будут довольны и обретут здесь то, ради чего так долго плыли через моря. Встреча закончилась уже ночью, и португальцы покинули дворец. Командора снова несли в паланкине, остальные шли пешком.Впереди шествия факельщики поднимали над головами смолистые куски дерева, освещая дорогу. Сопровождал гостей мавр, который, по словам Монсаида, продавал от имени Заморина товары иностранным купцам. Сначала португальцы двигались довольно успешно и уже предвкушали скорый отдых на кораблях. Но внезапно налетел ветер, закрутил дорожную пыль, потушил факелы, и хлынул всесокрушающий, немыслимо обильный тропический ливень. Через минуту португальцы промокли насквозь, прежде чем мавр — приказчик Заморина — привел разгневанного посла и его удрученных спутников в свой дом. Всех разместили на большой дощатой веранде, устланной коврами. Зажгли светильники, принесли рис и фрукты. Но португальцы были расстроены. — Будь проклят этот нечестивый сатанинский дождь, — сетовал кто-то из солдат. — Во что превратилась наша праздничная одежда… Кружевные оторочки измялись, плащи полиняли, перья на шлемах поломаны… А уж обувь… обувь-то совсем испортилась. Когда же она высохнет, то сморщится, как жабья кожа. Ее уж никуда на выход не наденешь… Однако дождь продолжался, и Васко да Гама обратился к хозяину дома с просьбой найти коней или хотя бы одного коня для него, чтобы добраться до побережья. Коня привели, он был неплох. — Почему конь не оседлан? — приходя в ярость, спросил Монсаида командор. — Разве я деревенский пастух, чтобы ездить на неоседланном коне? Монсаид поговорил с хозяином дома. — Он утверждает, что здесь, на побережье, все ездят таким образом, господин, — сообщил Монсаид. — Ложь! Я не верю, чтобы знатные люди елозили на конской спине без седла, стремян и подпруги. Это подстроено маврами. Они хотят унизить меня как посла христианского государя. Это намеренное оскорбление. Я отказываюсь ехать на таком коне. Монсаид пытался сообщить о раздражении начальника хозяину дома, на что тот только пожал плечами. — Ждите, — сказал приказчик Заморина. К утру дождь постепенно прекратился. Уставшие, вымокшие португальцы едва добрались до кораблей. Через несколько дней надо было посылать Замори-ну подарки. Их достали, осмотрели, почистили. В Каликуте подарки для государя полагалось предварительно показать придворным. На «Сао Габриэль» прибыли приказчик Заморина, сопровождавший португальцев на обратном пути, и краснобородый толстяк Вали. Перед нимиразложили двенадцать кусков полосатой шерстяной ткани, четыре красных капюшона, шесть шляп, четыре нити кораллов, ящичек с шестью серебряными чашами для омовения рук, ящик тростникового сахара, две бочки оливкового масла и два бочонка меда. Мавры с удивлением оглядели подарки и не смогли удержаться от смеха. — Это всё? — спросили они. — Да, — перевел Моисаид. |