Онлайн книга «Пять строк из прошлого»
|
– Это как? – Садишься на машину, едешь по автомагазинам. Отдаешь на реализацию. Потом, как наклейки продадут, через месяц или два, возвращаешься, получаешь деньги. Все просто. А я тебе ровно половину от прибыли платить буду. – Хорошо, только у меня машины нет. Сгорела моя тачила, на которой я тебя тогда подвозил, я ж рассказывал. – Бери такси. Наклейки показались Кириллу совершенно ничтожными. Только он Геле говорить о том не стал, чтоб не обижать. В автомагазинах тогда появились полезные указатели: буква «Ш» в треугольнике (машина оснащена шипами). Или буковка «У», то есть «учебный». Или означающий то же восклицательный знак, или попросту рисованный чайник. Однако Гелины знаки были «прикольные», с весьма специфическим чувством юмора. В предупреждающем треугольнике, с красной окантовкой – шутейные рисунки и надписи. На одной – знак «виктори» из двух пальцев и ниже по-английски: «New Russians!» На второй: большой знак вопроса и: «Куда прешь?» На третьем буква «Ш», означавшая «шипы», чудесным образом преобразовалась в приказ: «Ша!» Имелась еще кобра с надписью «Не лезь!» и улыбочка с советом: «Smile!» Что делать! Просит начальница – надо помочь распространить. «По сколько отдавать? И по сколько ставить на продажу?» Девушка отмахнулась: «Решай сам!» Чтобы найти колеса, Кир позвонил Антону. Обрисовал ситуацию, сказал, что половиной заработка поделится. – Слушай, я во вторник и среду экзамены принимаю, – дело шло к июлю, – а потом свободен, как гармонические колебания без учета силы трения. Буду в твоем распоряжении. Снова два друга стали работать вместе: как на рынке в Лужниках, или в стройотрядах, или на даче в Михайловке у Эвелины Станиславовны… Встретились в офисе «Пятого отдела», поехали по радиальным шоссе от центра. Начали с Ленинградки. Кир смотрел по сторонам во все глаза. Иногда орал: «Стоп машина!» Тогда Антон бил по тормозам, и они подруливали к автомагазину. Вызывали хозяина или с продавцами договаривались. Почему-то они, как правило, были армяне. Спрашивали, имея в виду наклейки: «Зачем надо?» – «Для смеха, для веселья». – «Понятно… А «шмиле» – что такое?» – тыкал хозяин в надпись «Smile!» – «Улыбайся!» – Ладно, оставляй, возьму на реализацию. Брали наклейки почти всюду. Рынок тогда по всем направлениям был полупустой, и продавалось в России все что ни попадя. Никакой конкуренции. Изъезженная частным извозом, бедная Антонова, бывшая отцовская тачка дышала на ладан. Аккумулятор совсем сдох, и всякий раз, останавливаясь, он норовил запарковаться так, чтоб стартовать под горку. Когда договаривались в магазине и собирались ехать дальше, Кирилл шел упираться в багажник, и Антон заводил авто с «толкача»… В первый день доехали чуть не до Клина, потом взялись окучивать Волоколамку и так далее, против часовой стрелки. Торговали все лето и осень. К зиме подвели итог. Ангелина вложила в производство этих наклеек десять тысяч долларов, а выручили они в итоге – двадцать. Обычная маржа для начинавшегося российского бизнеса: как говорилось тогда, «два конца». Из прибыли Антону с Киром Геля заплатила по две с половиной тысячи. Если учесть, что Кир и зарплату получал, вполне можно жить. Он и домой в городок к своей изменщице-супруге стал возвращаться с гордо поднятой головой. И дочку можно было порадовать «сникерсами» да «баунти» и новомодной куклой «барби». |