Книга Порочный. Скандальный роман, страница 51 – Айрин Лакс

— Да, я не успел принять душ, — признается.

— И я после тренировки не была в душе. Там бойлер сломался, не люблю мыться ледяной водой.

— И не надо. Вот еще, заболеешь. Кстати, здесь огромная ванна. Видела?

— О да, в ней классно валяться. Я вчера весь вечер лежала, та-а-акой кайф, — делюсь восторгом.

— Правда, кайф? Я больше по душу.

— Конечно, пошли. Попробуешь.

— С тобой, конечно, можно, — кивнул размеренно и вдруг голодно так облизнулся, что меня в жар бросило.

Аврора

Пытаюсь идти чинно и не бежать, а бежать хочется. И от Рахмана убегать с визгами и смехом, провоцируя на погоню, и к нему изо всех сил хочется. Бежать и запрыгнуть с разбега. Я думаю, он устоит. Вон какая скала! Кошусь на него взглядом, он ловит, подмигивает.

— Не передумала?

— Нет.

— Учти, ты дала мне… зеленый свет. А я по тебе соскучился, так что…

Он обхватывает меня ладонями за талию и вжимает в себя, его грудь касается моей спины, о попу трется внушительная эрекция.

— Да-а-а… — говорит глухо, толкается крепче. — Ммм…

Вот озабоченный! И я, кажется, тоже немного им озабочена. Потому что по коже бегут дикие мурашки, и где-то внутри на его «Ммм…», произнесенное с предвкушением и обещанием много чего, рождается отзывчивое и протяжное «Да-а-а…»

— Идем мыться?

— Конечно, — целует меня в волосы. — Но мне нравится, как ты сейчас пахнешь. Крепче. Больше тебя, меньше духов. Идеально…

Ох, черт…

Столько всего в один день!

И подарки, и забота, и комплименты.

Да я же словно лечу от всех этих впечатлений, просто лечу.

Оказываемся в ванной, рядом с Рахманом сразу жарко становится. Вода призывно шумит в ванне.

Очевидно, Рахману не терпится раздеться. Но я не хочу спешить. Может быть, зря его терпение испытываю. Но мне так хочется, и я… В целом, тоже не против. Просто так сладко вот это все — взгляды, прикосновения, флирт на грани. Я строю ему глазки, а он в ответ так горячо зыркает, у-у-ух… Неподдельно горячо.

— Садись, хочу тебя раздеть.

— Уфф, — выдыхает, но мгновенно исполняет просьбу, расслабленно сев на пуф.

Он расслаблен, а я взвинчена и дико волнуюсь, трепещу.

Чуть-чуть не верю, что это можно и что все реально. Мне приходится проверять периодически. То есть целовать его и касаться всюду, где только что обнажилась его темная, смуглая кожа. С верхом справляюсь быстро.

Теперь низ.

Приходится присесть и опуститься на колени. Рахман мгновенно роняет ладонь мне на плечо и тянется пальцами к шее, зарывается в волосы, немного давит, толкая вперед и одновременно с этим выталкивая бедра вверх.

— Ох, Рори… Вот так хочу. В ротик твой, — признается.

Выставляю ладони на его бедра, они напряжены, словно вибрируют. Меня кидает в жар, я, кажется, стала пурпурной. Ну нет, вот это… Покаслишком!

— На сладкое оставим, — проводит большим пальцем по губам. — Не против?

— Оставим.

— Значит, согласна мне в ротик дать. Я запомнил. В принципе, согласна, — добавляет, заметив, как я задрожала от его слов.

Даже не сколько от страха, сколько от его слов. Тягучие, откровенные пошлости, которые будто струятся по мне жидким медом, погружая в патоку возбуждения.

Расстегнуть его джинсы совсем непросто, но я справляюсь сама, потому что так хочется. Остаются трусы. Он поднимается. Я, уткнувшись взглядом куда-то в район его плеч, пальчиками поддеваю резинку боксеров и тяну вниз. Мгновенно чувствую, как член пружинит вверх.