Книга Другой Холмс. Часть 3. Ройлотт против Армитеджа, страница 177 – Евгений Бочковский

– Неужели такое возможно?

– Договор утратил силу. Мы не можем хранить все полисы до бесконечности. В крайнем случае, содержание договора вам передадут устно. Я сделаю все необходимое для этого.

Я покинул офис «Импириан» со смешанными чувствами. Никак не ожидал, что окажется недостаточным отыскать компанию. Интересоваться судьбой второго экземпляра договора у Перси, скрывшего от меня сам факт страхования его компаньона, было бессмысленно. Не имея ни малейшего понятия о том, что можно еще предпринять, я вернулся в Ярд. Там меня дожидалась если не буря, то маленькая гроза. Солидного вида джентльмен в светло-сером костюме великолепного покроя приблизился ко мне словно айсберг с плавной медлительностью, за которой угадывалась уверенная мощь. Хоть маячивший неподалеку мистер Диффендер и не думал посылать мне предупредительные знаки, я догадался, что передо мною Джозеф Армитедж.

– Инспектор, я слышал, Персиваль попал в сферу ваших интересов? Могу я узнать, чем вызвано такое внимание к моему отпрыску?

– Исключительно в рамках общей проверки, мистер Армитедж.

– Проверки чего?

– В связи с разбирательством по делу доктора Ройлотта, инициированным его родственником, мы вынуждены заняться кругом знакомств доктора. Ваш сын собирался ссудить его деньгами.

– Вы усматриваете в этом что-то противозаконное?

– Я рассматриваю его как человека, до некоторой степени понимавшего Ройлотта. Неспроста же они сумели договориться, не так ли?

– Вы мне зубы не заговаривайте! Я знаю, что вы подбираетесь к нему!

– Я крайне нуждаюсь в помощи кого-то, кто сумел бы обрисовать мне характер доктора Ройлотта, и признателен вашему сыну за то, что он оказал мне ее.

– Перси – вам?! Ха-ха! Черта с два! – неожиданно весело рассмеялся Джозеф Армитедж. И так же внезапно погрустнел. – Вы плохо знаете моего мальчика, иначе и сами бы оценили свою шутку.

Взглянув на мистера Армитеджа, я вдруг подумал, что было бы неплохо, если бы он узнал, где я только что побывал. Не знаю, откуда родилась такая мысль. Наглость сегодня уже сослужила мне службу. Намерение применить наглость в отношении Джозефа Армитеджа было наглостью исключительной, то есть такой, о которой можно было пожалеть.

– Надеюсь, вам не пришлось ждать меня слишком долго, сэр? Путь от «Импириан» не близкий.

– Как? Вы побывали в «Импириан»? – удивился мистер Джозеф и даже, как мне показалось, расстроился от этой новости. Все-таки не зря я так неосмотрительно проболтался. – И что вам там про него порассказали?

Я почувствовал себя точь-в-точь как в ситуации с Фаринтош, когда после случайного попадания увидел настороженность Перси, но не знал, как развить успех. По счастью, уже другой Армитедж сам вызволил меня из тупика. Правда, не без ущерба для себя. Он сжался и очень быстро то ли выцвел, то ли увял. Постарел на глазах – так это принято называть. Что-то подобное мне уже случалось наблюдать. Особенно это заметно у таких вот цветущих и преуспевающих людей. Мистеру Джозефу пришлось вспомнить что-то очень тяжелое и горькое, и это воспоминание причинило муку, с которой этот исполненный воли человек не мог сладить.

– Впрочем, я и так догадываюсь. Ничего хорошего, не так ли? – заметил он, с печальной усмешкой взглянув на меня.

Я помалкивал, мало что понимая, что более всего годилось для образа все знающего и понимающего, но тактично помалкивающего собеседника.