Книга Другой Холмс. Часть 3. Ройлотт против Армитеджа, страница 239 – Евгений Бочковский

– Благодарю вас, мистер Уотсон, вы настоящий джентльмен. Поверьте, моя благодарность не ограничится словами признательности. Мои средства, когда я получу полис, позволят мне…

– Ладно, – сдался Холмс. —Я в деле, принимайте. Но сначала я хочу убедиться, что все чисто.

– Речь о полисе? – с невозмутимым видом обернулась к нему Элен.

– Да. Я должен увидеть его.

Элен подошла к стоявшему в углу комнаты шкафу и отперла его вставленным в замок ключом. Я увидел, что внутри лежат какие-то бумаги. Поискав немного, она извлекла нужное и протянула Холмсу. Он принялся довольно внимательно изучать документ, и на какое-то время воцарилась тишина. Все ждали, а я, уже все решив, тем временем снова украдкой взглянул на мертвеца. Доктор Ройлотт почти не изменился с тех времен, когда я знал его. Впрочем, как посмотреть. При жизни даже в минуты чрезвычайного раздражения, которое иногда охватывало его при моем упорстве, он никогда не таращил так глаза, как сейчас. И лицо его никогда не заливала такая густая краска, которая, правда, уже начинала бледнеть и спадать. Разинутый будто в удушье рот красноречиво свидетельствовал об агонии. Меня передернуло от мысли о том, что пережил в свои последние минуты этот человек. При всей своей непривлекательности он не заслужил и малой доли подобного. Последние сомнения оставили меня. Я должен сделать все, чтобы хотя бы отчасти искупить свой ужасный грех. Как страшно – ведь я ничего плохого не сделал, всего-то посидел несколько минут с приматом, можно сказать, присмотрел за ним, пусть даже в кромешной темноте, и вот к чему все привело! Ведь я невинен, невиновен, разве не так? Я это не только чувствовал, но и знал. Да, невиновен – и раздавлен виной. Я безгрешен – и на мне страшный грех. Такая раздвоенность сводила с ума. Не только от желания искупить содеянное, но и из стремления стряхнуть с себя эту раздвоенность, отвернуться от нее, я согласился на предложение Элен. Действия означали для меня н только искупление, но и лекарство.

Тем временем Холмс закончил читать договор и вернул его Элен. Лицо его исказилось мукой, в которой смешались тревога и азарт.

– Хорошо, мисс Стоунер, сдаюсь. Эх, была не была! Ужас да и только, во что мы ввязываемся! Себя не узнаю! Только мы подпишем с вами договор сейчас же, пока не прибыли полицейские. Без указания услуги, просто сумму. Рассчитаетесь, когда вступите в наследство. А теперь расступитесь, мне надо осмотреться.

Решительным движением руки Холмс отодвинул в сторонку всех нас. Даже стоящий возле постели с мертвецом Перси, хоть и не попал под этот рубящий мах, тоже засеменил к двери.

– Коль уж вы втянули меня в вашу авантюру, я по крайней мере не позволю ее провалить. Для начала пересадим его на стул поближе к столу, пока он не окоченел.

– Зачем? – удивился я.

– Нужно как можно очевиднее связать два предмета – покойника и убийцу, причину и результат. Значит, расположим тело и ящик как можно ближе друг к другу. В кроватях обычно находят напичканных мышьяком доверчивых мужей и родителей. Надеюсь, это не наш случай? – подмигнул Холмс Элен, но она то ли не заметила, то ли решила пропустить мимо ушей такую шутку.– Где ящик?

– В шкафу.

– Я могу переставить его на стол? Это безопасно?

– Вполне. Ящик надежен.

– Отлично, – в азарте Холмс принялся даже тихонько что-то напевать. – Ваш отчим, мисс Стоунер, волевой человек. В этом и проблема.