Онлайн книга «Ненадежный свидетель»
|
Сколько я так проспал? Сутки? Коктейль из седативных сделал свое дело. Тело ноет, голова квадратная. Отбегался на свободе, здесь все проще. Знакомые белые стены, все та же жужжащая под ухом муха и дочка, побалтывающая ногами на соседней кровати. Давно мы не оставались вдвоем. Теперь все на своих местах, пешка вернулась на законную клетку. – Галчонок… – зову я, но дочка на меня не смотрит. Неужели обиделась? На воле я практически с ней не общался. Глупо. За психа боялся сойти? Я и есть псих, и Люська – мой единственный друг, моя соломинка, которая помогла продержаться все это время. – Галчонок, так и будешь дуться на папку? Знаешь пословицу, на обиженных воду возят. Ну же, малышка. – Ты не должен был так делать! – поднимает дочка глазенки. – Ты обещал Нике и подвел ее! – Люська, я должен был так поступить ради твоего братика… – Он мне не братик! – фыркает дочурка, смешно раздувая ноздри. Не думал, что призраки могут ревновать. – Мама нас разлюбила и теперь любит этого мальчишку! – Мама никогда тебя не разлюбит. – Я опускаюсь перед ней на колени. – Как и я, малышка. – А тебя? Тебя она тоже не разлюбит? – доверчиво спрашивает, сверлит взглядом. Не знаю, что ей ответить. Если бы не я, Егорка был бы сейчас дома. Алена должна меня ненавидеть, я подвел ее. Опять. Как и дочку. Люська злится на маму, но должна ненавидеть меня. – Запомни, Галчонок, мы с твоей мамой навсегда останемся твоими родителями, и никто не сможет этого изменить. Сейчас ты обижаешься на маму, но ей очень больно и страшно. Она волнуется за Егора, так же как волновалась за тебя. И если мы можем как-то помочь, мы должны все для этого сделать. Разве не так? – Так, но… Как же Ника… – пищит она, пряча накатившие слезы, ну точно птенчик. – Прости, малыш, полицейские обязательно найдут девочку, это их работа. – Сам хочу верить в то, что говорю. В конце концов, я не пуп земли, и все точно не крутится вокруг меня. Афанасьев – хороший следователь, он не отступится. – Как нашли меня? – спрашивает Люська. – И с чего ты решил, что они отпустят Егора? Я не вернулась домой. Почему ты им веришь? Слова давят, перекрывая воздух. Мне нечего ей ответить, она права. Дочка повзрослела за эти годы, хотя внешне осталась все той же малюткой. – Галчонок… – Не надо, папа, – перебивает призрак, с надутыми губами исчезая из середины комнаты. Стук в дверь заставляет подняться с колен. С каких пор в палаты пациентов психиатрической клиники стучат? Док. Ясно. Решил смягчить мою адаптацию в очередном заключении. Впрочем, я даже рад его визиту, не хочу оставаться один. – Григорий Константинович, вижу, вы пришли в себя. Не могу сказать, что ожидал вас здесь увидеть. Мне казалось, Роман Михайлович настроен решительно. Мы можем поговорить? – Павел Степанович, с каких пор вам требуется разрешение покопаться у меня в мозгах? – усмехаюсь я, демонстративно разваливаясь на кровати. – С чего начнем этот интереснейший сеанс? – Вы сами знаете, Григорий. Вы не буйный пациент. Хулиган, есть немного, но для общества вы угрозы не представляете. Так в чем же причина? – спокойно спрашивает док, на удивление откладывая блокнот. – У меня требуют заключение о вашем психическом состоянии. Вы умный, образованный человек, Григорий Константинович, и прекрасно осознаете, что от того, что я укажу, будет зависеть срок вашего дальнейшего пребывания в клинике. Я знаю вас и уважаю, и мне бы не хотелось, чтобы вы задерживались здесь дольше, чем это необходимо для вашего выздоровления. |