Книга Озеро призраков, страница 135 – Рональд Малфи

Так и бывает у братьев.

Мы превратились в точку на карте мира. Вы видите нас. Проблеск на нарисованной дороге во вспышках серебристого света и тучах выхлопов вписывается в повороты, катит по бегущим вниз серпантинам – вперед и вперед, одна на целые мили. Возможно, так и было. Маленькая хонда ехала дальше и дальше, увозила тяжесть нашего бегства, прогнувшись настолько, что иногда царапала днищем дороги.

Присмотритесь, и вы увидите нас – меня за рулем, в темных очках. Мои волосы недавно подстрижены, подбородок чисто выбрит. Я превратился в Тома Круза, Тома Сойера. Рядом со мной Джоди, слушает по радио Тома Пети[26], Шерил Кроу[27]и Better Than Ezra[28]. Она тоже в темных очках. У нее гладкое, гибкое, юное тело, благоухающее мылом и чистотой. Дни были длинными и солнечными, ночи – прохладными и приятными. Земля, расстилавшаяся вокруг, казалась нетронутой и новой, и мы тоже чувствовали себя такими. Все – абсолютно все – дышало свежестью.

Время от времени я глядел в зеркало заднего вида, вспоминая, как брат и его семья смотрели нам вслед, когда мы выехали из тупика и направились прочь из Уэстлейка. Они махали нам – опечаленные, с разбитыми сердцами – и надеялись, что мы найдем новую жизнь. На прощание все обнялись. Веди себя хорошо, братишка. А теперь мы ехали по невесть какому округу отдаленного штата, а маленький провинциальный Уэстлейк превратился в смутное, призрачное воспоминание. Подумав о нем, я сразу же увидел родных, махавших нам в прямоугольнике зеркала.

Мы останавливались в придорожных забегаловках – в богом забытых городках и воображаемых королевствах. Ели жирные гамбургеры – толстые, как библия, – и втягивали через трубочку молочные коктейли с жадностью ярмарочных чемпионов.

Первую ночь мы провели в маленьком мотеле на главном шоссе. Небо усыпали тысячи звезд, и некоторое время мы просто простояли на парковке, задрав головы. Вместе помылись под вонявшим плесенью душем и занялись любовью на неудобной кровати. Когда Джоди заснула, я опять выскользнул наружу, чтобы снова поглазеть на небо.

Если вы понимаете, к чему все идет… или думаете, что понимаете, и вам это нравится – закройте глаза. Давайте. Не смотрите больше.

Другая ночь – в пустынной части страны. Я проснулся с криком, застрявшим в горле.

– Что такое, милый?

– Кошмар, – выдохнул я.

– Расскажи.

– Мне приснилось, что мы были героями моей книги, – ответил я.

– Ты весь вспотел. Иди ко мне.

Джоди прижимает меня к себе, чтобы доказать, что она реальна, но мысли все равно крутятся в голове. Это все не настоящее. Не обманывай себя. Таких прекрасных финалов не бывает.Это был голос психотерапевта из моего детства. Тогда, на плывущей лестнице, ты сошел с ума, и Джоди этого не вынесла. Она ушла от тебя, Трэвис, а ты так и не нашел мальчика и сломался. Подсказок хватало – они были повсюду. Вот истина за вымыслом. Вот чистота. Все, что случилось после того дня, – фантазия полного сожалений писателя, который должен был поступить иначе и теперь исправляет ошибки как может: переписывает историю. Не обманывай себя.

Не обманывай себя.

Мы ехали много дней и разгоняли скуку, подпевая нескольким радиостанциям, которые здесь ловили. К западу от Месса-Верде – на выезде со старого шоссе 666 – раздался гулкий удар, похожий на выстрел. Вся машина содрогнулась. Не останавливаясь, я почувствовал, что днище хонды скребет по дороге. Джоди встревожилась.