Книга Озеро призраков, страница 89 – Рональд Малфи

Мои мысли, естественно, вернулись к Джоди. Я была тобой. Мой интерес к Дентманам напугал ее так, что она ночевала у моего брата. Я ненавидел себя за это.

Неужели нельзя было забыть всю историю? Позвонить грузчикам, чтобы забрали из подвала вещи Илайджи, и сжечь чертовы тетради? Просто все бросить и вернуться к нашей с Джоди жизни?

Но я не думал, что у меня получится. Более того: понимал, что мне суждено во всем разобраться.

Добравшись до окраины Уэстлейка, я притормозил в маленькой пробке на светофоре. Наклонившись, открыл бардачок, порылся внутри, нашел ручку и листок – старый чек из магазина канцтоваров. На чистой его стороне я написал: говорят, природа не знает умирания– понял, что это будет идеальным началом моей «Плывущей лестницы», если я ее вообще закончу.

Светофор мигнул, и сзади мне посигналили.

Дрожа от возбуждения, я чувствовал себя пулей, вылетевшей из ружья. Казалось, мне вот-вот откроется какая-то великая и потаенная истина. Я точно знал об этом, хотя понятия не имел откуда, и жал на газ всю оставшуюся дорогу.

Дом напоминал темную оболочку. На улице потеплело, снег начал таять, и теперь по краям участка серела лужайка. Я покатил по подъездной дорожке между сосен. Какая-то часть меня надеялась, что Джоди будет дома, но я понимал: это не так. Она была упертой и не шла на уступки.

Выбравшись из машины, я поглядел на дом. Крыльцо просело под весом мокрого снега, окна казались запыленными.

Не хочу терять семью из-за этого дерьма, подумал я. Решил, что завтра позвоню мусорщикам – пусть заберут из подвала вещи Илайджи. Потом отправлюсь к Адаму и увижусь с Джоди.

Я прошел на задний двор, а оттуда – мимо голых деревьев – направился к озеру. Соседские сосны шептались вокруг, как заговорщики. Я остановился, когда впереди открылось озеро. Теперь лед на нем почти растаял, кроме куска в самом центре; очертаниями он походил на Техас. Я впервые видел воды озера. Они сверкали в лунном свете.

Найди якорь, велела психотерапевт.

– Заткнись, черт возьми, – сказал я ей, отвернулся и пошел к дому.

Внутри было холодно, как в могиле. Тьма липла к окнам. Я включил только несколько ламп. Достал из подвала фотографии Эрла с места преступления. Прикрепил их магнитами к холодильнику. Начал рассматривать снимки, прислонившись спиной к стене, держа на коленях тарелку с холодной курятиной. Что-то на этих фотографиях от меня ускользало, нечто важное оставалось в тени…

Найди якорь.

Я мог сделать только одно. Странно, но именно об этом сказал мне брат, когда я колол дрова на заднем дворе. У убийц есть мотивы, у невинных людей – алиби. Нельзя посадить кого-нибудь только потому, что «все как-то не так». Я схватил трубку и набрал номер Эрла. Раздалось несколько гудков, прежде чем сонный голос прорычал «алло».

– Простите, что разбудил, – сказал я. – Это Трэвис.

– К черту, – буркнул он. – Я не спал. Как там Алтея?

– Милая старушка… Она умирает мучительной смертью. Ужасно ее жаль.

– Что она рассказала о Дентманах?

Я поделился с ним историей загадочной двухдневной болезни Илайджи. Рассказал о словах мальчика – о том, что он тогда «ушел». А еще про мертвых животных, которых он собирал, и что дядя не одобрял такого поведения.

– Насколько не одобрял? – добавил я. – Вопрос на миллион долларов.