Книга Меня укутай в ночь и тень, страница 74 – Дарья Иорданская

– Что-то тут не сходится. – Элинор отложила книгу. – Если Акор – некий восточный колдун, имеющий зуб на Гамильтонов, почему он помог Дамиану и мне?

Федора, чьи манеры в еде не отличались изяществом, проговорила с набитым ртом:

– Интересное свойство легенд, мисс Кармайкл: они редко оказываются правдой.

– Я поищу еще, – пообещал Франк. – Возможно, это не единственное упоминание Акора.

Элинор, продолжая пролистывать старую ветхую книжку, кивнула.

* * *

Письмо было дописано, Алессандра обещала отнести его лично, но на ответ надеяться было глупо. Дженет не первый раз уже его игнорировала.

Некоторое время Дамиан лежал, глядя в потолок, но достаточно скоро не выдержал и попытался встать. Спать он не мог, а бесцельное лежание в постели скорее утомляло его. Это напоминало о детстве, когда его отправляли в кровать при малейших признаках болезни.

Дотянувшись до сонетки, что все еще отнимало много сил, Дамиан вызвал горничную. Спустя несколько минут появилась Пегги.

– Сэр?

– Принеси мою одежду, – распорядился Дамиан. – И трость.

Горничная посмотрела на него с тревогой:

– Вам нужно лежать, сэр.

– Принеси одежду и трость, – повторил Дамиан и в доказательство своих возможностей сел. Голова закружилась, но ему вполне убедительно удалось сделать вид, что все в порядке. – Живо!

Ничуть не скрывая своего неодобрения, Пегги, покачивая головой, вышла. Куда больше она нравилась Дамиану, когда шарахалась от него и пряталась по углам. Вернулась горничная спустя минут десять и, не обращая внимания на вялое сопротивление, помогла Дамиану одеться. Опираясь на трость, он сделал несколько шагов и вынужден был согласиться: слабость велика, и следует еще полежать. Но именно поэтому Дамиан и пошел вниз.

Голос Элинор доносился из нижней гостиной, уверенный и спокойный, умиротворяющий. Опираясь на трость и плечо горничной, Дамиан добрался до приоткрытой двери. Элинор и Федора Крушенк степенно, как две элегантные дамы, пили чай, сидя в креслах друг против друга. Возле растопленного камина прямо на ковре Франк перебирал внушительные стопки книг. В эту минуту Дамиана охватило странное чувство сопричастности.

– Добрый вечер, дамы, Франк, дорогой.

Элинор обернулась и окинула Дамиана недовольным взглядом. Такой бывал у Катрионы, когда Дамиан перечил ей в детстве.

– Почему вы не в постели? – спросила Элинор строго.

Дамиан, стараясь выглядеть совершенно здоровым человеком, выпустил плечо Пегги, дошел до третьего кресла и с немалым облегчением сел.

– Мисс Кармайкл пригласила меня остановиться в вашем доме, – сказала Федора с легким вызовом, изучая его.

Дамиан прекрасно понимал, что выглядит не лучшим образом. Он улыбнулся в ответ, как улыбнулся и тому, что Элинор, кажется, вполне освоилась в доме и уже стала приглашать гостей. Наконец заполучить Федору Крушенк в союзники было большой удачей.

– Я очень рад, мисс Крушенк, хотя и не ждал уже, что вы к нам примкнете. Надеюсь, вы хорошо устроились?

Это прозвучало, хоть Дамиан того и не желал, с сарказмом. Федора в ответ негромко фыркнула, хотела что-то ответить, но тут появилась вновь Пегги, неся поднос с чаем – главным английским средством ото всех невзгод и болезней, а также какой-то сверток под мышкой. В ткань оказался завернут старинный портрет, еще пахнущий травами, с помощью которых Пегги убирала с него следы порчи. Дамиан хотел было укорить горничную за подобное неуважение к его почтенным предкам, но промолчал. В воздухе висело весьма его удивившее напряжение.