Книга Во имя Абартона, страница 62 – Дарья Иорданская

— Своеобразно, — пришла наконец к выводу. — Кобартон, все же, архитектор со странностями.

Витражи, изображающие сцены знаменитых убийств, раскрытых благодаря энтузиазму Жана Ласо и его учеников, давно уже перестали занимать и Реджинальда, и большую часть жителей столицы.

— Дополнительную пикантность всему этому придает, конечно, тот факт, что Кобартон задушил жену и дочь.

Дверная ручка была сделана в виде руки скелета, сжимающей нож. Воистину, архитектор был со странностями. Пока Реджинальд заполнял бумаги у стойки, Мэб рассматривала столь же своеобразный интерьер холла, изучала дипломы и благодарственные письма в рамках и газетные вырезки. Одна очевидно привлекла ее внимание и, заложив руки за спину, Мэб несколько минут вчитывалась в текст, привстав на цыпочки.

— Жанна Марто, в девичестве Напьер, и массовые убийства в СэнтТраоне?

Служитель, просматривающий заявку Реджинальда, вскинул голову и скользнул по леди Мэб заинтересованным взглядом, вызывающим глухое раздражение. Так смотрят на кобылу или продажную девку — оценивая перспективы.

— Сумасшедшая, леди. Лет сто назад здесь изучали психологию преступников и душевные расстройства, но потом мы предпочли сконцентрироваться на вещах более материальных, — прозвучало это так, словно здесь была личная заслуга юнца. — Психические болезни мы оставили клиникам.

— И что за болезнь была у этой Марто?

— Этого я не знаю, леди, — покачал головой юнец, улыбаясь. Кажется, его позабавил интерес Мэб к старой вырезке.

Она обернулась, разом превращаясь в хорошо знакомую Реджинальду леди Дерован. Тут он понял, что за последние дни к добру или к худу Мэб открылась для него с новых сторон, словно слетела лишняя шелуха. Он знал ее сгорающей от страсти, а еще — варящей пельмени, шутящей, краснеющей, ругающейся и ездящей на трамвае. Теперь же на молодого служителя глядела баронесса, высокомерная и величественная. Юноша сразу сник и даже отступил на шаг.

— Потрудитесь найти это для меня… — взгляд Мэб лениво скользнул по табличке, приколотой к кармашку жилета, — Джерри.

— Э-э-э… — юноша едва не икнул. — Сейчас?

— Сейчас, — величественнокивнула Мэб. — И с запросом мистера Эншо поторопитесь, пожалуйста.

— Да-да, как пожелаете, — едва не позабыв бумагу, Джерри скрылся за дверью.

Мэб подошла, облокотилась на стойку и, склонив голову, продолжила рассматривать дипломы и вырезки.

— Похоже на наш случай. Марто создал какой-то артефакт для связи, прототип нынешнего чарофона, но более… сложный. Прототип связал его с женой. Очевидно, в его расчеты вкралась фатальная ошибка, связь крепла, пока не истощила Марто и не убила его. А супруга, эта самая Жанна, попала в сумасшедший дом. В университетском справочнике говорилось, что она скончалась спустя четыре года после мужа. И ни слова о том, что ее повесили за девять убийств.

— Si non caste, tamen caute, — отозвался Реджинальд, весьма впечатленный.

— Да, нам следовало именно это взять своим девизом, — согласилась Мэб. — Дневник Марто хранится в музее, про него позабыли, впрочем, оно и понятно. Его изобретения в большинстве своем, мягко говоря, провальны.

— Он был неплохим теоретиком, я читал несколько его работ. Но практик, очевидно, некудышный, — кивнул Реджинальд.

— Связь, которую он создал, подпитывалась любой магией, — Мэб нервно повела плечами. — Пытались ли ее укрепить или ослабить, она впитывала все.