Онлайн книга «Яд, порох, дамский пистолет»
|
– Придётся вам украсть для меня ещё одну бутыль настойки и отпаивать для лечения, – стуча зубами от холода и нарастающей нервозности, пошутил Алексей. В этот момент Вельская допела. Наступила смертельная тишина, в которой раздались редкие несообразительные хлопки, впрочем, тут же оборвавшиеся. Анна Юрьевна послала толпе воздушный поцелуй и медленно, балансируя на парапете, развернулась лицом к воде. Её било крупной дрожью. За спиной к ней начали подкрадываться полицейские. Не теряя времени, Алексей взобрался на ограждение. Вельская увидела его, помахала и крикнула насмешливо: – Я улетаю, Алексей Фёдорович! Поймайте меня! Ни она, ни Алексей не видели, что в этот момент некрасивая, в страшных шрамах девушка подняла руку и перекрестила Анну Юрьевну на прощание. Левой рукой она зажимала кулон у себя на груди. Доктор Дубов, стоявший рядом, придержал сползающее с её плеч пальто, но промолчал, только вздохнул обеспокоенно. Вельская отпустила перила и глубоко вдохнула, прежде чем начать медленно-медленно наклоняться вперёд. Алексей на секунду замешкался, зацепившись штаниной за ограждение. Пока он выпутывался, что-то блеснуло рядом. Алексей обернулся. В пяти метрах от него стоял господин Туманов и из пистолета целился… в Вельскую. Перламутровые вставки поблёскивали, добавляя надрыва и нелепой театральности этой сцене. Не раздумывая, Алексей выхватил нож, закреплённый у него на ноге, и запустил в Туманова. Нож пробил тому запястье, но выстрел раздался мгновением раньше. Вельская вздрогнула, концертное платье поблёкло и покраснело. Певица стремительно полетела вниз, в ядовитую толщу воды. Полицейские на мосту усердно хватали воздух. Удивлённо глядя на пробитую руку, Туманов повернулся к Алексею и, помогая себе здоровой рукой, вновь поднял пистолет. Широко и ласково улыбнулся, будто обрадовался встрече со знакомым. Раздался выстрел, потом сразу второй, чуть глуше. Но выстрелы не успели взволновать Алексея. Чьи-то руки толкнули его в спину, раздался хруст разрываемых брюк, и он полетел следом за Вельской. «Чтоб вас черти сожрали, Квашнин! – думал он, погружаясь в ледяную воду. – Вы опять испортили мне брюки!» Эпилог Весна 1916 года Пасхальное воскресенье выдалось тёплым и солнечным. Алексей распахнул окно, впуская в квартиру свежий воздух и гомон брачующихся птиц. Занял позицию в образовавшемся солнечном квадрате на полу и принялся делать разминку, вполголоса бормоча: – Посмотрите, Владимир Семёнович, насколько я послушен. Я приседаю… Алексей присел. – …Я тренирую мышцы рук… Алексей взмахнул руками, изображая как минимум орла. – …Я дышу! Алексей глубоко вздохнул и, не удержавшись, закашлялся. – Словом, я молодец, вы можете быть спокойны! – прерывая речь кашлем, возвестил Алексей, всыпал в рот лекарственный порошок и принялся одеваться. Утреннюю разминку от Алексея требовал доктор Дубов, на долю которого выпало лечить коллегу от пневмонии после купания в октябрьской воде. Владимир Семёнович, прежде оперировавший Алексея по ранению, был крайне недоволен, как он выражался, «пренебрежением Алексея к собственному организму», и донимал молодого коллегу лекциями о необходимости режима и физических упражнений. Дубов был так настойчив, что Алексей сдался и ввёл в распорядок дня зарядку, ведь ежедневно врать так утомительно. А после трёх взмахов руками его совесть позволяла смотреть на Дубова прямо и утверждать, что он уделяет время восстановлению здоровья. |