Книга Рождество в Российской империи, страница 152 – Тимур Суворкин, Лев Брусилов, Александра Лавалье, и др.

– Нет! Феденька не мог на такое пойти! – отчаянно воскликнула Ксения. – Он любил меня!

– Предположу, что он любил ваши деньги, – грустно сказал Василий Оттович. – Так же, как и деньги Александры до этого. По крайней мере, именно так считает ее сестра. И вероятно, убийца Федора Григорьева. Правда, Наталья Аристарховна?

* * *

Взгляды всех собравшихся моментально обратились к Симоновой. Наталья же недоуменно пожала плечами:

– Не понимаю ажиотажа. Чего уж тут скрывать, я считала Федора мошенником и прохиндеем. И до сих пор недоумеваю, как кто-то мог не разглядеть его двуличную натуру. Но если вы утверждаете, что я убила его, то, надеюсь, у вас есть веские доказательства.

– Повторюсь, доказательствами будет заниматься полиция, – отмахнулся Фальк. – Уж простите, но в данный момент у вас наиболее веский мотив для убийства. И, зная это, первый вопрос, который вам зададут господа сыщики, будет звучать так: где ваши перчатки?

– Что? – опешила Симонова.

– Ну как же, в доме ведь очень холодно, – пояснил Василий Оттович. – Я обратил внимание, что на протяжении всего вечера дамы не снимали перчатки. И у Лидии с Ксенией они до сих пор на месте. А ваши исчезли после того, как вы вернулись на кухню. Где же они?

– Я… Должно быть, машинально сняла и бросила где-то…

– Несмотря на холод?

– Уж поверьте, к холоду я привычная, – фыркнула Наталья.

– Что ж, предположим, я вам поверю, – великодушно заметил Фальк. – И даже не буду предполагать, что вы постарались спрятать перчатки где-то в доме потому, что на них кровь Федора Григорьева, которому вы вонзили кинжал в сердце, чтобы отомстить за свою сестру. Но полиция, безусловно, обыщет флигель и начнет задавать неудобные вопросы.

– Это же чушь какая-то! – возмутилась Ксения. – Зачем Наташе убивать Федю? И тем более зачем ему убивать Сашеньку?

– Так вы же сами сказали! – повернулся к ней доктор. – Она разорвала помолвку. Отдалила его от себя. Перестала давать деньги. Потому, что поняла – Федор хотел жениться на ней только ради богатства ее отца. Как, собственно, и на вас.

– Он даже меня окрутить пытался, – мрачно добавила Наталья. – Две одиноких души, потерявших дорогого человека… Вот только я уже все знала!

– Уверены, что хотите продолжать? – тихо спросил ее Фальк.

– Как вы справедливо заметили, доктор, дело полиции – доказать, что вы правы, – Наталья зловеще улыбнулась, и эта улыбка на мгновение сделала ее угловатое лицо жутковато-красивым. – А пока мы можем обсудить, безусловно, гипотетические умозаключения, не так ли?

– Конечно, – согласился Василий Оттович. – Возможно, ваша гипотеза сможет объяснить, откуда взялись столь странные записки?

– Возможно, – пожала плечами Наталья. – Возможно, некая девушка узнала, что ее жениха интересует в ней только приданое. А сам молодой человек ухлестывает за более доступными барышнями направо-налево, играет в карты и посещает сомнительные трактиры с друзьями. Для девушки это стало большим ударом. И она рассказала о предательстве старшей сестре. Рассказала о том, что разрывает помолвку, переезжает из дома, где они планировали жить, и пишет жениху прощальное письмо. В котором есть, например, фразы «Я не могу этого вынести» и «Будь ты проклят!». А потом, после смерти девушки, ее сестра, поскользнувшись на льду у дома, где лежит тело несчастной, натыкается в сугробе на мокрый конверт, где лежит изорванное письмо. В котором отчего-то не хватает именно первой фразы, что так удобно легла на прикроватный столик.