Онлайн книга «Рождество в Российской империи»
|
И он оставил Варю. Она вытянулась на кровати, наслаждаясь теплом и тяжестью одеяла. Слова старого фельдшера успокоили ее и примирили со вчерашним. Действительно, и почему она решила, что все это – взаправду? Она собралась с духом и вызвала в памяти ночные события. Вот она зажигает свечу, позади открывается дверь, и девушки бегут по комнате, запрыгивая на кровати и, конечно, отражаясь в зеркале. Да, фон Блюмм прав. Просто свет, неожиданность и игра отражений. Сейчас, утром, все стало простым и очевидным. Варя улыбнулась и позволила себе закрыть глаза. В этот раз не появилось ни Андрея, ни ужаса. Через пять минут Варя спала. Теплый островок ее кровати белел среди незастеленных коек, как сугроб. Дортуары и дормитории Смольного института кипели жизнью. Даже строгие правила и шиканья классных дам не могли сделать смех реже, а голоса – тише. Младшие ученицы то и дело пускались по коридорам вприпрыжку. Средние думали только о карнавальных платьях и на занятиях уносились в мечты. Старшие шушукались о том, чей брат приедет на новогодний бал. Все ждали чудес. Самый воздух звенел предвкушением, и волшебство, разлитое в нем, только и ждало повода проявиться. Даже старики чувствовали его и смягчали голос, отчитывая рассеянных воспитанниц. Фельдшер фон Блюмм перебирал письма в своей крошечной служебной квартирке. Вдруг он вскочил на ноги, и, не слушая усталые колени, закружился, ведя в вальсе невидимую партнершу. Ему снова было двадцать, и он набирался смелости, чтобы просить ее стать его женой. Рисовальщик, которого окрестили Тристаном, выбирая натюрморт для нынешнего урока, выбросил из вазы пыльные бумажные цветы и заменил их живыми из теплицы. Расправляя их, он улыбался и напевал под нос фрагменты опер. У себя в комнатушке Бегемотиха поставила на стол жестянку из-под печенья. Из нее, как из цилиндра фокусника, она извлекала вещи, казалось, вовсе с ней не связанные. На крышку стола легла ярко-алая лента от платья, елочная игрушка в виде мишки с одним глазом и пожелтевшая от времени новогодняя открытка. За ней из коробки появилась фотография. Руки Бегемотихи замерли. Она посмотрела на фотографию, а потом снова положила ее в коробку. Время шло, а Бегемотиха все сидела в кресле, глядя куда-то вдаль и вспоминая. – Варь! Варюша! Варя обернулась, и книга выпала у нее из рук. У кровати стояла Софи. – Как ты сюда прошла?! – Тайными тропами, – ухмыльнулась девушка. – Это было нелегко. Говори скорее, как ты себя чувствуешь, пока меня не поймали. От радости Варя не сразу нашла слова. Она села в кровати, и подруга тут же устроилась на краешке. – Уже хорошо, – сказала Варя. – Но, Софи, как же я напугалась! Брови Софи нахмурились, и лицом она стала похожа на обезьянку. – Это мы все видели. Скажи, Варюш, что там такое было, в зеркале? Девочки теперь к нему подойти боятся. Варя мотнула головой, и рыжая косичка перескочила со спины ей через плечо. – Глупости, – сказала она. – Мне фон Блюмм уже все объяснил. Нельзя глазам верить. – Ну скажи! Смеяться не буду, обещаю! Она еще немного помолчала, а потом сказала с неловкостью: – Мужчина мне показался. Кажется, молодой, и… кадет. Вот только он был… – Привидение! Крик раздался в коридоре и был больше похож на визг. Что-то с грохотом упало и покатилось по полу. Хлопнула дверь. |