Онлайн книга «Цветок с тремя листьями»
|
— Нет, не считаю. Поэтому надеюсь, что ты не станешь говорить и делать глупости. Итак, Токугава Иэясу на данный момент уже обладает очень большим влиянием. Равных ему просто нет, за исключением его светлости, разумеется. И его окончательный приход к власти — лишь вопрос времени. У его светлости нет преемника. Малыш Хироимару не в счет. Как ты можешь хорошо помнить, Самбоси[37], родной внук господина Оды Нобунаги, не остановил его светлость. Даже сыграл ему на руку. Токугава Иэясу ничуть не глупее нашего господина, а сейчас даже гораздо влиятельнее, чем он был в то время, — Ёсицугу снова окинул всех странным пристальным, немигающим взглядом, остановив его на каждом и посмотрев прямо в глаза. Киёмаса прикрыл веки и, соглашаясь, кивнул. — И ты молчишь?! И даже ничего не скажешь в свое оправдание?! — Мицунари посмотрел на него так, словно хотел испепелить. — Я смотрю — ты любишь заставлять меня оправдываться, Мицунари. — Ты… Мы должны остановить его, а не… заигрывать с ним и его отродьем. — Сибата Кацуиэ[38]. — Ёсицугу помахал в воздухе пустой чашкой, и Киёмаса, взяв ковшик, под яростным взглядом Мицунари снова наполнил чашку Отани. — Что — Кацуиэ? — Он рассуждал так же, как ты, Мицунари. И напомнить, что произошло с ним? И… — Ёсицугу сделал паузу, — с госпожой Оити? — Сибата Кацуиэ был глупцом! Ты что же, равняешь меня с ним? — Мицунари, — Отани вздохнул, — в твоей голове мозгов в тысячу раз больше, чем у Сибаты. Только от нее, выставленной на всеобщее обозрение, будет мало толку. — Господин Хироимару… — медленно проговорил Киёмаса. — Именно. Чтобы наследник его светлости смог правит страной — ему для этого следует вырасти. Детей врагов обычно казнят — я думаю, никому не надо об этом напоминать. И его светлость — о, он прекрасно это понимает. Также думаю, Мицунари, мне не надо объяснять тебе, о чем я говорю. Я тут упоминал о чудесах. Так вот. То, что выжили сестры Адзаи, дважды выжили, Мицунари, — это уже чудо. То, что госпожа Тятя родила его светлости наследника, — чудо вдвойне. Может, стоит перестать уже уповать исключительно на чудеса? — Ёсицугу, — Мицунари взял его за руку, — послушай меня. Это не чудо. Это воля богов. Понимаешь? То, что именно кровь его светлости соединилась с кровью Адзаи, чтобы род нашего бывшего господина не сгинул в веках, — это не чудо, повторяю. Это справедливость. Высшая, недоступная людям. И я жизнь отдам за то, чтобы эта справедливость восторжествовала. И уничтожу любого, кто встанет у нее на пути. Мицунари отпустил руку Ёсицугу и сжал кулаки. — Если Токугава Иэясу хотя бы помыслит взять себе то, что принадлежит роду Тоётоми, я убью его. — Отлично. Убьешь. А дальше что? Потом ты убьешь Мори Тэрумото, Уэсуги Кагэкацу… кого еще? — Если вырвать корень… — …То дерево упадет, Мицунари. И если бы только тебе на голову. Киёмаса моргнул, озадаченно наморщил лоб и потер его рукой. — Если честно, Ёсицугу, я вообще ничего не понял. — Эй! Это я хотел сказать! — Масанори хлопнул его по плечу и, зачерпнув сакэ из бадьи, хлебнул прямо из ковша. — А тебе и не надо, Киёмаса. Тебе, Масанори, тем более. У вас один мозг на двоих, и увы, а может, и к счастью, он не в твоей голове. Масанори оглушительно расхохотался, прыснув сакэ: — Ты наговариваешь на Киёмасу, он бы обязательно поделился. |