Онлайн книга «Цветок с тремя листьями»
|
— Нет, господин. Я не выгораживаю никого. И я сказала правду — я хотела лишь славы для господина Хидэтады. Но… Я сказала уже: господин Хидэцугу был глуп и труслив. И, получив должность кампаку, ни за что бы не пожелал с ней расстаться. Его светлость… он болен, тяжело болен. Если бы он умер, оставив все господину Хидэцугу, — тот первым делом избавился бы от моего племянника и моей сестры. А они… они и Хацу — все, что у меня осталось от моей семьи. Из глаз Го снова брызнули слезы. — Вот как… это вы сестру, стало быть, свою прикрываете… — Нет! Вовсе нет! Тятя тут ни при чем… я лишь использовала ее, она совершенно, совсем ничего не знала! — Вот оно как, значит… — Иэясу взял ее за запястье и принялся внимательно рассматривать ладонь. — Надо же… такие тонкие и нежные пальчики… а ведь на этих руках кровь сорока ни в чем неповинных женщин и маленьких детей… Плечи Го затряслись, она всхлипнула и зарыдала в голос. — Я… мне бы даже в голову не пришло… я не думала! Тятя… она днями и ночами молила его светлость проявить милосердие и пощадить семью господина Хидэцугу! Это же его родня, его кровь! Никто не ожидал… Я, не переставая, молюсь за их души с того ужасного дня… — Вы ходили взглянуть на их казнь? Или отсиделись в храме, прикрыв лицо рукавами ваших одежд? Тятя, значит… — он наклонился совсем низко над плачущей девушкой, взял ее пальцами за подбородок и повернул лицом к себе: — А теперь послушайте. И слушайте хорошо, и запомните на всю жизнь. Я теперь ваша единственная семья. Вы вышли замуж за моего сына. И будете рожать моих внуков, — слово «моих» он особенно подчеркнул голосом, — и если вы свой дьявольский ум пустите на благо нашей семьи — я буду счастлив. Но если вы хоть в мыслях своих допустите причинить вред моему сыну — я вырву ваш хвост. Даже если у вас их девять[53]. Иэясу отпустил ее и вытер пальцы о траву: — Вы хорошо меня поняли, девочка моя? Но ответить Го не успела. — Отец! Госпожа Ого! Вот вы где! — послышалось сверху, и Хидэтада сбежал вниз по косогору к беседке. — Като Киёмаса выиграл состязания по сумо! А соревнования по стрельбе из лука — вы не поверите, кто выиграл! Юный господин Хироимару! И… — он осекся, остановился и даже забыл закрыть рот, только всплеснул руками. — Вы… что с вами?! Почему вы плачете?.. — Он кинулся к жене и тут же повернулся и, нахмурившись, посмотрел на Иэясу: — Отец! Почему она плачет?! Вы что-то сказали ей?.. Иэясу развел руками. — Понятия не имею… и именно это и пытаюсь выяснить у девочки. Когда я ее нашел здесь — она вовсю заливалась слезами. Впрочем, у тебя это выйдет лучше, а мне стоит удалиться и оставить вас вдвоем, — он поспешно поднялся и поспешил вверх по тропинке. И вскоре скрылся за кустами. Хидэтада присел рядом с женой и робко коснулся ее плеча. Он понятия не имел, что нужно делать, если девушка плачет. Почему отец ушел? Он же гораздо больше понимает в таких вещах. Впрочем, он прав: это его жена, и учиться придется самому… Хидэтада вздохнул: — Не плачьте… почему вы плачете? Что случилось? Го прикрыла лицо рукавом: — Прошу, не смотрите на меня, господин! Я ужасно выгляжу! — она мельком взглянула на свое отражение в воде — размазанные по лицу белила и потеки черной туши. Яркая помада превратилась в бесформенное пятно. От этого зрелища ей захотелось рыдать еще горше. И это свадьба, которую она так ждала. Но… господин Иэясу ничего не сказал Хидэтаде… А это значит… Стоит ли рассказывать ему? Нет, ни в коем случае. По крайней мере, не сейчас. |