Книга Цветок с тремя листьями, страница 35 – Виктор Фламмер (Дашкевич)

— Хидэтада-а! Эй! Хидэтада-а! — голос господина Хидэёси прозвучал совсем близко. И Хидэтада облегченно улыбнулся.

— Ваша… ваша светлость! Мы здесь!

Он поднялся, оттолкнув тело девушки в сторону и протискиваясь сквозь ветки. Похоже, они оказались в ветвях кроны упавшего дерева.

— Хвала всем богам и буддам! — внезапно сквозь густую листву просунулась голова господина Хидэёси. Волосы его были растрепаны и свисали вдоль плеч, лицо испачкано грязью, подбородок украшала глубокая царапина.

— Хирои! Что с Хирои? Дай его мне!

— Господин Хироимару в порядке, ваша светлость. Только мокрый. И я тоже, — Хидэтада вдруг громко расхохотался и вытянул руки, протягивая ребенка.

Хидэёси схватил его и начал старательно ощупывать.

— Хирои… мой Хирои… вот ты какой у меня… смелый! — он вдруг громко взахлеб зарыдал, но его рыдания тут же сменились смехом. Некоторое время только их с Хидэтадой смех разносился по лесу.

Не переставая нервно посмеиваться, Хидэтада выбрался из ветвей, прорубая себе путь мечом, и огляделся по сторонам.

— Нам… повезло, что дорога такая широкая здесь… — наконец сказал он.

— Повезло? И ты называешь это простым везением, Хидэтада? Это настоящее чудо, что мы живы… а ты… Хидэтада… — Хидэёси подошел совсем близко, прижимая Хирои к груди, и с силой сжал плечо юноши. — Хидэтада… ты спас моего сына… ты…

— Ваша светлость… — Хидэтада упал на колени, — я просто… мой долг… господин Хироимару…

По лицу Хидэёси вновь потекли слезы, он сел на землю рядом с Хидэтадой.

— Я не знаю, как и чем мне отблагодарить тебя, Хидэтада. Ты сам мне как сын. Смотри, Хирои, твой старший брат спас тебе жизнь. Он будет тебя защищать. Ты любишь своего братишку, Хирои?

Внезапно раздался громкий треск за спиной, и Хидэтада мгновенно вскочил и обернулся, вскидывая меч. На дорогу медленно вышел человек, закутанный в темно-зеленую одежду, с которой свисали коричневые обрывки ткани.

Хидэёси охнул, быстро встал и спрятался за спину Хидэтады.

— Не волнуйтесь, ваша светлость. Это мой человек, — Хидэтада, облегченно вздохнув, опустил меч и спросил: — Где убийцы?

Человек растопырил пятерню и резко сжал кулак, ударяя по нему ладонью другой руки. Потом еще раз. И развел в стороны кисти с растопыренными пальцами.

Хидэтада улыбнулся и вытер со лба выступивший пот:

— Ваша светлость, все в порядке. Из тех, кто напал на нас, — десять убиты, остальные разбежались. Кто-нибудь еще выжил кроме тебя? — снова обратился он к синоби.

Тот вновь растопырил пальцы и согнул три из них, стуча по каждому. Затем большим пальцем он указал на себя, а указательный согнул.

— Что он говорит?

— Он говорит, что из пятерых синоби, сопровождавших нас, погибли трое, а один ранен.

— Плохо, — болезненно поморщился Хидэёси и кивнул в сторону.

И только сейчас Хидэтада заметил, что еще четверо — уцелевшие охранники, обступили их, подняв копья.

— Это все, кто выжил?

— Похоже, что да, — сказал Хидэёси и внезапно закричал: — Эй! Кто-нибудь есть живой?

Из глубокой трещины, пересекающей дорогу, раздался негромкий стон.

— Посмотрите, кто там, — приказал Хидэёси охранникам и направился к упавшему дереву. Раздвинул ветки и сокрушенно застонал. — Вот скоты… всех моих девочек перебили. Мицунари будет в ярости: каждая стоила дороже, чем десять воинов в доспехах вместе с конями. Эй! Посмотрите здесь, может кто живой из них?