Онлайн книга «Смерть в салоне восковых фигур»
|
– Ты прав! Значит, слушай, что нужно будет сделать. Во-первых, пост возле дома Пядникова, постоянный. Думаю, будет нелишним снять там поблизости какую-нибудь комнату и из неё вести наблюдение. Кто знает, может быть, Коломятов наведается на улицу Красную… Нет, не может быть, а точно наведается… – Но это только в том случае, если к смерти Пядникова причастны члены семьи. Ну а если кто-то другой, то зачем Коломятову приходить на Красную? – Верно, однако пост мы там поставим. Это первое. Второе, нужно постоянно держать под присмотром дочь Пядникова, Людмилу. Куда ходит, с кем встречается и так далее… Может быть, Коломятов выйдет на неё. – Вы полагаете, она может быть причастна к смерти отца? – А что тебя удивляет? Ты разве никогда не слышал о том, что родственники порой лишают жизни своих близких? Это, увы, дело нередкое. Людмила Пядникова – единственная наследница, это обстоятельство должно сразу же вносить её в список подозреваемых под номером один. Она уже взрослая, ей давно замуж пора, но почему-то не выходит. Возможно, есть человек, с кем она желает связать судьбу, он ей нравится, она от него без ума, а папаша – против. И как тут быть? За Людмилой нужно не только следить, но и установить все её знакомства. Возможно, среди этих людей мы и обнаружим того единственного… И третье: необходимо под каким-нибудь благовидным предлогом проникнуть в дом Пядникова, поговорить с прислугой, может, они что скажут, сами того не понимая. Но сделать это осторожно и аккуратно, не забывая о том, что мы не ведём никакого расследования, чтобы не привлечь к себе внимания со стороны того же Сверчкова. – А что делать с Коломятовым? – спросил Меркурий. – Пока мы с ним ничего сделать не можем, остаётся только ждать, когда он сам к нам придёт. Глава 21 Рассказ торговца воском На следующий день, когда часы в кабинете начальника сыскной пробили половину первого, к фон Шпинне явился чиновник особых поручений. Вошёл несколько более развязной походкой, чем обычно. Меркурий старался удерживать на лице маску равнодушия, однако под ней, как успел заметить Фома Фомич, что-то скрывалось, скорее всего новости, о которых Кочкин пока сообщать не хотел. Фон Шпинне принял правила игры. – Проходи, Меркуша, садись! Посмотрю я на тебя, что-то ты кислый какой-то… – начал полковник вяло. – Повода веселиться нет! – ответил тихо Кочкин. – Это верно, но и унынию поддаваться не стоит. Ты с чем пришёл, может, новости какие? – Да какие новости… Тут, правда, пришёл ко мне один человечек… – Человечек? – брезгливо переспросил фон Шпинне, – не любил он всего этого уменьшительно-ласкательного, как-то приторно становилось на душе. – Ну да, иногда он ко мне приходит, сообщает, что видел, что слышал… – Если не секрет, кто этот… человечек и что он тебе сообщил? – Он на Глуховском рынке торгует воском… Да я его с собой привёл, если желаете, то он вам всё сам расскажет… – Что-то интересное? – Это вы сами будете решать! – проговорил, глядя в сторону, Кочкин. – Давай его сюда! Послушаю, может, и вправду интересно. Кочкин ввёл в кабинет мужчину, которого действительно, кроме как «человечек», по-другому никак нельзя было назвать, уж очень он маленького роста. Поначалу Фоме Фомичу и вовсе показалось, что это подросток. Но возраст вошедшего выдал хриплый голос. |