Книга Проклятие дома Грезецких, страница 53 – Тимур Суворкин

Белоруков легко отставил шахматную доску и щелчком пальца сбил своего короля.

– Могли бы и доиграть, – даже с некоторой обидой откликнулся Мороков. – Интересная же была партия.

– Ну уж нет, граф. Вы сумели получить слишком хорошее преимущество на доске. Мудрее будет мне приберечь силы для победы в следующей игре, чем тратить их сейчас, оттягивая поражение в этой. Сдаюсь, граф. Наслаждайтесь победой.

Белоруков очаровательно улыбнулся Морокову. Затем шеф жандармов оглядел присутствующих.

– Итак. С вашего позволения с Виктором и Ариадной я переговорю наедине. Тут дела моих родственников. Вам, господа, будет скучно.

– Ничего страшного. Мы потерпим. Я тоже несу ответственность за эту семью. Так что я хочу послушать, – твердо произнес Шунгитов. – Альберт Клементьевич был моим близким другом.

В этот момент я насторожился. Что-то фальшивое проскользнуло в голосе придворного кибернетика. Впрочем, не с этим нужно было разбираться в первую очередь.

Я посмотрел на Морокова:

– Ника говорила, что профессора убила Инженерная коллегия.

Шунгитов кинул взгляд на графа и внезапно чуть-чуть по-змеиному улыбнулся. В этой странной улыбке чувствовалась какая-то… Благодарность?

Мороков тоже улыбнулся, открыто и честно. Затем посмотрел на свои руки в белых перчатках.

– Ну что вы, Виктор, чтобы Инженерная коллегия и убила такого гениального человека, как Альберт Грезецкий? Что вы. Какая глупость. Всем известно, это было просто неудачно прошедшее ограбление, не более. Это потом уже недоброжелатели распустили слухи, что все произошло из-за его роботов.

– Вы имеете в виду Шестерния?

– Нет, конечно. – Мороков улыбнулся. – Шестерний – это так… Мелочь. Работал Альберт Клементьевич над вещами куда более важными. Он изобретал способ упрощения производства роботов. И да, кто-то прознал об этом и убил профессора, выкрав его изыскания. Впрочем, Промышленный совет все равно в итоге наложил на подобные работы вето. Способ производства роботов, что предложил Альберт Клементьевич, был… Спорный. Поэтому Инженерной коллегии запретили его использовать. Впрочем, эта часть вас не касается. Она и сейчас находится под грифом секретности. А что до Шестерния… Создание человечного робота было для профессора хобби.

– Хобби? – На лице Григория Евклидовича появилась грустная улыбка. – Хорошо, что покойный этого не слышит. Постройку Шестерния он считал важнейшей работой в своей жизни.

Придворный кибернетик удобнее устроился в кресле и, раскурив сигару, начал рассказывать. Я же и не думал перебивать. Любые факты сейчас были ценны.

– Альберт Клементьевич был великим человеком. Гением, что рождаются лишь раз в сотню лет. Он мог построить любую машину. Все было открыто его уму. И вот однажды, поняв, что он превосходит всех робототехников в нашей империи, Альберт Клементьевич решил бросить вызов самому Богу. Он задумал создать то, что не мог сделать никто до него. Адама человеческого – разумного робота, машину, чей разум будет неотличим от людского.

Ариадна недоуменно наклонила голову.

– Сделать машину с разумом человека? Какая удивительная глупость так бесцельно растрачивать мощный вычислительный ресурс робота.

Белоруков с явным раздражением кинул на нее взгляд, но стоило Ариадне взглянуть на него своими сияющими глазами, как он почему-то тут же отвернулся.