Книга Проклятие дома Грезецких, страница 82 – Тимур Суворкин

– Это еще что… – протянул я, никак не готовый к такому повороту. Все увиденное никак не вписывалось ни в одно из моих предположений.

Ариадна была куда спокойней.

– Кажется, когда ночью Родиона видели в саду с лопатой, он там ничего не искал. Он просто зарывал жертв.

– Но зачем? – Я шагнул в комнату, осматривая страшные находки. Бедренные и локтевые кости, ребра, все они были насквозь просверлены, точно через них хотели что-то продеть. – Господи, зачем он это делал?

Я чуть помолчал. Затем заставил себя прийти в себя и мыслить хладнокровно.

– Меня напрягает здесь одна вещь. – Я прошелся по комнате, тщательно осматривая стены. – Помещение позволяет установить здесь печь. Можно даже обычную железную самоделку. Дымоход я бы соединил с трубами винокурни. Если все сделать правильно, то можно легко сжигать в ней трупы. С хорошей вентиляцией и правильным углем особого запаха не будет. Все, что останется, – фрагменты костей, которые можно будет легко раздробить.

Ариадна кивнула:

– Чем больше я вас узнаю, Виктор, тем больше убеждаюсь, что из вас вышел бы отличный маньяк. Так что, пожалуйста, не увольняйтесь из сыска – по эту сторону закона вы ценнее.

– Не язви. Я это к чему говорю – зачем Родион закапывал людей в саду? Подожди-ка… Вино. Он же делал вино из терновника. А под этими деревьями он зарывал мертвецов.

– Вы хотите сказать, что он делал вино из людей?

Ариадна немного подумала. Затем ее глаза полыхнули. Я никогда не видел Ариадну такой. Бешено заработали шестерни в ее голове, такой ритм держался минуту, другую, и наконец, раздался щелчок, и их ритм пришел в норму.

– Да, теперь все ясно. Не ясно только, что делать. Секунду.

На одну секунду механизмы в голове Ариадны вновь бешено закрутились. Затем она кивнула:

– Да, и в этом вопросе есть ясность. Бежим, Виктор! Немедленно бежим!

Она порывисто схватила меня за руку, до боли, не контролируя силы, и, рванув, потащила меня из подвала. Мы вылетели из винокурни, после чего напарница указала в сторону усадьбы:

– Скорее, за мной. Без вопросов – прошу. Требуется как можно быстрее уточнить несколько деталей.

Ее рука разжалась, и она метнулась вперед. Я поспешил за ней.

Вскоре мы вновь оказались перед воротами усадьбы Грезецких.

– Быстро, Виктор, вы должны попросить Платона Альбертовича выйти во двор. Придумайте что угодно, но вытащите его сюда. Вытащите так, чтобы никто ничего не заподозрил. Давайте! Ну же!

Я шагнул вперед, но она сама вдруг остановила меня на секунду:

– Удачи, Виктор.

Я пошел через двор, чувствуя, как мою спину обжигает холодный свет механических глаз. На крыльце суетились слуги. Только Шестерний выглядел абсолютно спокойным – в суете все забыли о нем, и он, подчиняясь заложенным указаниям, абсолютно преспокойнейше сервировал во дворе стол, предназначенный для вечернего чаепития.

– Виктор, вы не знаете, Родион еще не проснулся? Мне на него ставить чашку или нет? – осведомился чугунный робот.

Я промолчал. Шестерний пожал плечами и понес одну из чашек в усадьбу.

Пройдя двор, я миновал постаменты со сфинксами и взошел на мраморные ступени. Смысл просьбы Ариадны уже обрисовывался в голове. Факты складывались. Детали стремительно вставали на свои места. Я понял все – насколько плохо могут теперь сложиться дела. Впрочем, выбора не было, действовать требовалось немедленно, я выдохнул, толкнул тяжелые двери и вошел в усадьбу. Взглянув на растерянно стоящих обитателей, переговаривающихся между собой, я с как можно более извиняющейся улыбкой и объявил, что скоро мы отвезем Варвару Стимофеевну в сыскное отделение. Затем с вежливой улыбкой попросил на пару слов Платона Грезецкого. Тот непонимающе переглянулся с братом, но все же пошел за мной, опираясь на свою перемотанную изолентой электрическую трость.