Онлайн книга «Сердце жаворонка»
|
– Хвалиться, конечно, не буду, но глазастый, однако тут дело в другом, я одну хитрость применил… – Какую? – и начальник сыскной и Кочкин спросили почти одновременно. – Чтобы за кем-то следить, нужно его рассмотреть, чтобы в дальнейшем не обознаться… – Толково! – бросил Фома Фомич. – И как ты его рассмотрел? – Пошел в билетную кассу театра, сделал вид, что хочу купить билет, но не просто билет, а билет на представление Алессандро Топазо… – Так! Дальше. – Начальник сыскной, а вместе с ним и его чиновник особых поручений смотрели на агента со все возрастающим интересом. – Он мне говорит, что таких билетов нету, что представлений Алессандро Топазо у них в театре больше не будет. И вежливый такой… А я сразу же в скандал, как так не будет, как так не будет, а я хочу поглядеть, приехал, мол, издалека. Мне на эту поездку вся деревня деньги собирала по полушке да по копейке. Многое наслышан об этом самом Топазо, а тут такая удача, сам видел афишу на заборе. А он мне: нет никаких афиш, все убрали. А я говорю: видел, давай билет, а сам деньги в окошко сую. Он же продолжает мне объяснять да успокаивать, а я ни в какую. Кричу, слюной брызгаю, по прилавку, там возле окошка маленький такой, кулаком стучу. А потом давай дверь в кассу ломать. Ну, тут он уже вышел, мы с ним и сцепились, за грудки друг друга ухватили. Он, конечно, немолодой, но крепкий… Я даже удивился. – А для чего тебе понадобилось все это проделывать? – спросил Кочкин. – Неужели чтобы только рассмотреть его? – Нет, не только для этого, – стал объяснять агент. – Еще чтобы обнюхать его, почувствовать, какой от него запах исходит… – Запах? – тут уже не удержался Фома Фомич. – Да! – мотнул головой агент. – Когда за кем-нибудь следишь, приходится очень часто делать это в темноте. Прятаться, от глаз скрываться. И не всегда понимаешь, кто мимо тебя прошел. А запах выдает, запах – это очень важно, особливо в моем прежнем деле… – А какое у тебя прежнее дело было? – спросил начальник сыскной, его по-настоящему заинтересовал их новый агент. – Ну, мы с отцом тоже вот розыском занимались… – Ты же говорил, что деревенский! – воскликнул Кочкин. – Какой в деревне розыск? – Мы с батей на конокрадов охотились, искали их и ловили… Нас, почитай, все округа знала. Как только у кого-то лошадь со двора сведут, тут же к нам, с поклоном да с просьбой, ну и с подношением, конечно же, мол, найдите люди добрые, погибаю без коня. С голоду помрем, если не отыщется, как пахать, как сеять? Все в лошадке! – А как же полиция? – Да рази она сможет конокрада выследить, а потом и поймать? – Агент еле сдержал смех, глядя на чиновника особых поручений, и сам же ответил на свой вопрос: – Не сможет, потому как для этого дела особые способности нужны. А у нас это потомственно! Еще прадед мой конокрадов выслеживал, потом дед, потом отец, а потом уж и я к этому делу прислонился… – А бросил почему? – на этот раз спросил начальник сыскной. – Ну, тут все просто, отец помер, мать у меня еще давно померла, мы с ним одни жили – ни братьев, ни сестер. Да и беда случилась в наших краях… – Какая беда? – не мог не спросить Кочкин. Ему все больше и больше нравился новый агент. Да, судя по глазам Фомы Фомича, тот тоже был впечатлен. – А такая беда, – с печалью в голосе начал Тихон, – что перевелись у нас там конокрады, уж не знаю, по какой причине, но не стало их… |