Онлайн книга «Осьминог. Смерть знает твое имя. Омнибус»
|
Александр положил ладони на теплый, влажный от дождя асфальт, напряженно приподнимавшийся, будто какое-то огромное животное пыталось выбраться из немыслимой геологической глубины на поверхность. По краям дороги появились длинные трещины, отделившие ее от окружающей земли, и вся дорога задвигалась, как лента траволатора в аэропорту Нарита. – Успокойся, – вслух попросил Александр. – Ну пожалуйста, успокойся! Земля на долю мгновения замерла, как будто вняв его просьбам, после чего начала дрожать еще сильнее. Он некоторое время постоял на четвереньках, борясь с желанием лечь плашмя и прижаться к асфальту всем телом, только бы эта сила перестала мотать и швырять его, как беспомощную марионетку (ему представилось, как два борца сумо, схватив за руки худого человека в деловом костюме и галстуке, тянут его в разные стороны и перебрасывают друг другу, как мяч для игры в кэмари[264]; эта картина сопровождалась отрывком из какого-то банковского договора: «…является следствием действия обстоятельств непреодолимой силы, возникших в результате событий чрезвычайного характера…»). – Ну уж нет! – Дождавшись краткого перерыва между толчками, он вскочил на ноги и побежал по дороге, стараясь не наступать на появляющиеся на глазах трещины в асфальте. Вой тревожной сирены, верещание автомобильных сигнализаций, испуганные возгласы людей, грохот падающих предметов и треск электричества в рвущихся проводах заглушали шум ветра и дождя. Через некоторое время он перестал различать плач ребенка: то ли тот был уже слишком далеко, то ли родители добрались до него и смогли успокоить. Краем глаза он заметил, как тяжелая крышка люка у края дороги сначала приподнялась, как створка раковины мидии, потом с дребезжанием съехала в сторону, и из открывшегося отверстия хлынула мутная вода. – Пожалуйста, успокойся… – умоляюще пробормотал Александр и почувствовал во рту соленый привкус пота. – Пожалуйста… За очередным поворотом дороги он увидел в паре десятков метров от себя ресторан «Тако». Он думал уже свернуть в ближайший переулок, как вдруг его внимание привлекло какое-то движение на темном асфальте, едва различимое из-за того, что это место находилось в тени сваленной у стены груды синих поддонов и плоских корзин для морской живности. Земля больше не двигалась: то ли землетрясение наконец прекратилось, то ли это была всего лишь очередная краткая передышка. Александр подошел ближе: возле двух опрокинувшихся набок мопедов среди осколков стекла, копошащихся в лужах креветок, недвижимых раковин моллюсков и задыхающихся на воздухе рыб беспомощной осклизлой грудой лежал громадный осьминог – тот самый, которого Александр совсем недавно хотел купить. Видимо, из-за толчков аквариум ударился в витрину ресторана, стекло разбилось, и все его содержимое выплеснулось на дорогу: поблескивающие красной чешуей морские окуни, изящные морские форели и плоские бурые хираме, похожие на гигантские осенние листья. Александр присел на корточки подле осьминога: тот был жив и цеплялся израненными щупальцами за спицы колеса мопеда. – Эх ты, бедняга… – Он дотронулся до похожей на спавшийся кожистый мешок головы, покрытой темными ветвящимися прожилками, и убрал с нее несколько крупных осколков. – Как же тебя так угораздило… |