Онлайн книга «Паучье княжество»
|
Гул. Он умел быть неприметным, каким громким бы ни казался сперва. Но не этот. Не этот. Маришка распахнула глаза, закрытые то ли на мгновение, то ли на целые минуты – теперь и не разобрать. Открыла глаза и увидела перед собой не ярмарочную площадь. Не цветастую утварь, шубки и резные деревянные игрушки на прилавках. Не чистенькие классные комнаты. И не чугунный забор. А только обеденную залу. «Дерьмо…» – Да ладно тебе, – фыркнула рядом Настя. Она всё не оставляла своих расспросов. Сколько они уже просидели здесь? Минуты? Часы? – Не пег'еживай, потрындят и отстанут. Так всегда и бывает. Вон, твою историю с умег'твием уже и забыли… Вы целовались, да? Маришка моргнула. «Вы целовались» – эти слова, слетевшие с губ подружки, сказаны были так деловито, будто бы… будто бы… Они привели в чувство. – Ты можешь мне… – тем временем продолжала Настасья. Это было так… слишком. Всё это. – Замолчи. – Ковальчик хотела крикнуть, а получилось какое-то сдавленное хрипение. Жалкое. Как она сама. – Почему? – Настя понизила голос, успокаивающе кладя ладонь Маришке на колено. Но та быстро сбросила её руку своей. – Ну пег'естань… Пг'иходится всё клещами вытягивать, ну в самом же деле… – Ты не в себе или что? – прошипела Маришка, переводя на неё взгляд. – Не надобно тут на мне злобу сг'ывать, – Настя скорчила такое оскорблённое лицо, что в груди Маришки заклокотала… злость? Нет, скорее… – Не я виновата в том, что вы не умеете пг'ятаться! Она… Кажется, действительноничего не понимала. Её смекалистая, хитрая, умная Настя. Порола такую чушь. Почему? – Я… Всевышние… – Маришка на миг прикрыла глаза. – Ты можешь мне всё г'ассказать. Не хочу вег'ить в то, что все тут болта… – Не хочу говорить об этом. Ковальчик пыталась быть спокойной. Пыталась не видеть в Настином любопытстве подвоха, издёвки… Ничего такого. Этого и не могло быть, ведь Настя… никогда не была тем человеком, что издевался над ней. – Но… – снова попыталась подружка. И Маришка не выдержала: – Пожалуйста! – голос был ломким, каким-то неправильным. А всё равно возглас получился громким. – Просто замолчи же уже! Слишкомгромким. Маришка не хотела бы замечать, да всё равно не получалось – гул вокруг стал стихать. Потому что теперь они… переставали разговаривать. – Пг'екг'асно! – Настя вдруг швырнула ложку в миску, и столешница усеялась каплями похлёбки. Теперь онислушали. – Прекрасно! – вторила Ковальчик, с остервенением принявшись оттирать подол, на который похлёбка тоже попала. – Я пг'осто хотела… – Настя, слава Всевышним, тоже приметила стихнувших приютских, устремивших на них свои взоры. Но это, разумеется, не заставило её саму замолчать. – Г’азве он не нг'авится тебе? Я имею в виду… – Нравится мне? – Ковальчик резко наклонилась к самому лицу подружки, едва не сталкиваясь с ней носами. – Ты что, глухая, я не пойму? Ты слышала вообще, что они все говорят? – Поболтают и пег'естанут! – отрезала Настя, обиженно кривя губы. – А я-то не слепая, знаешь? Я видела, как ты на него смотг'ишь. – Я не хочу говорить об этом, поймёшь ты уже или нет?! – прошипела Маришка, уставившись прямо подружке в глаза. Настя молча выдержала её взгляд. Долгих несколько секунд, совсем не мигая, словно неживая. Словно кукла… Затем подружка хлопнула глазами и вдруг примирительно, как ни в чем не бывало улыбнулась. |