Книга Как поймать монстра. Круг второй, страница 71 – Арина Цимеринг

– Такой способ есть. Ты его знаешь. Не понимаю, почему ты придуряешься.

Офис вокруг замер во времени. Стихли разговоры, прекратились телефонные трели, не раздавались шаги. Только голос Винсента за ее спиной вздохнул утомленно:

– Или что, Джемс? Тебе нравится все это выслушивать?

– Вот и не разговаривай со мной, – ответила Джемма. Ей хотелось по-детски заткнуть уши. – Черт, почему все эти призраки Рождества все время хотят со мной потрещать?

– О, вы только послушайте ее, – рассмеялся голос Винсента. – Королева-Я-Не-Хочу-Об-Этом-Разговаривать.

Она давно не слышала, как он смеялся. Нет, не так. Конечно слышала: Винсента трудно было не заметить в коридорах Управления, а посмеяться он любил. Они ведь даже здоровались. Могли поболтать, пока ждали лифт. Но с ней – с ней у него смех выходил так себе. Все больше разговоры о делах. Вот они удавались на славу.

Ну, ничего удивительного.

С человеком, бросившим тебя умирать на операционном столе, ни о чем другом больше и не поговоришь.

– Джемс, – Винсент, кажется, снова вздохнул. Его голос не становился ни ближе, ни дальше, словно он так и стоял где-то за ее плечом. – Ты ведь обещала себе об этом не думать.

– Ну, я хреново сдерживаю обещания, – легкомысленно ответила она, чувствуя, как внутри все дрожит. – Ты разве не в курсе?

– Я в курсе, – мягко ответил он. Помолчав, уточнил: – Мне точно сейчас нужно убеждать тебя, чтобы ты прекратила это самобичевание? Не то чтобы я против, но, знаешь, всякие дела… Ирландия… Купер… Аномальная зона, в которую ты от меня сбежала… Ну, все эти мелочи жизни. – Он невинно добавил: – Не настаиваю. Просто говорю.

У Джеммы вырвался истерический смешок. Вот еще одна причина, почему она в итоге вляпалась в это: не смогла противостоять этому идиотскому обаянию. Винсент мог очаровать кого угодно, когда хотел: Айка, когда тот в отвратительном настроении, свою невыносимую престарелую соседку по этажу, дьявольских гончих и привратника ада, если понадобилось бы. Как Джемма могла устоять? У нее не было и шанса.

Ни. Единого. Шанса. С самого начала.

Только какое это имеет значение здесь и сейчас?

Она закрыла глаза и только тогда нашла в себе силы заговорить:

– Ты можешь ни в чем меня не убеждать. Потому что ты – это я, а не Винс. Винса здесь нет.

Возвращение к этой мысли отозвалось горьким облегчением. Правильно. Его тут нет и не должно быть. То, что его тут нет, – Ирландия, Купер, аномальная зона– лучшее, что могло с ним случиться.

Голос Винсента покорно согласился:

– Хорошо, Билли Миллиган, как хочешь. И я ведь уже сказал: ты легко можешь это прекратить. Джемма, – наконец он заговорил серьезно. – Тебе нельзя тут оставаться. Здесь ты не в безопасности.

Он всегда произносил «Джемма» только серьезным тоном – или таким, от которого ее сердце становилось хрупким, как стекло. Все остальное время она была игривым «Джемс», легкомысленным и смешливым. После Сакраменто она никогда больше не была «Джемс» – только «Джеммой».

После каждого побега она всегда возвращалась к «Джемме». С этим можно было смириться. Со стеклянным месивом в грудной клетке тоже.

– Он не должен был тебя сюда приводить, – продолжал Винсент, – поэтому тебе нужно найди выход. И тебе больше не придется все это вспоминать. Проживать заново – не придется.