Книга Как поймать монстра. Круг второй, страница 73 – Арина Цимеринг

– Что? – Кэл схватил его за плечо. – Что случилось?

Брадан выдохнул вместе с паром в ледяной воздух:

– Эмер пропала… Там все… Бабушка!

Джемма обернулась.

Мойра неподвижно стояла за их спинами, в темной коридорной арке, едва видимая в ночной тьме. Те несколько секунд, которые разделяли ее появление и бросившегося к ней Брадана, Джемма пыталась понять, что это за выражение, с которым она смотрела на внука. Почему такое равнодушно-обреченное?

– Эмер пропала, – жалобно повторил Брадан. – Ее нигде нет.

Норман что-то тихо пробормотал себе под нос.

– Что? – переспросила Джемма.

Он поднял на нее глаза:

– Мы должны отдать первенцев и взять золото.

Деревня казалась призрачной.

Тусклый рассвет пришел с туманом, и все вокруг потеряло плотность, превратившись в размытые силуэты. Было темно и серо, и люди, толпившиеся на улицах, виделись Норману тревожными тенями. Они проплывали мимо – совсем близко или где-то на краю тумана, выныривая на мгновение и так же быстро пропадая, – не замечая его.

Над колодцем висел фонарь, едва способный пробиться сквозь густые сизые клубы. Он слегка покачивался на ветру, как маяк в море, и, как и во все времена, люди шли на этот ориентир.

Иногда Норман заглядывал в лица, возникающие рядом с ним из туманного небытия: они были потерянными, пугающими его своей пустотой. Кто-то плакал – горько и испуганно, – но в сумерках Норман не мог понять, откуда шел плач. Исчезновение ребенка здесь, в тесной общине, выбило у людей землю из-под ног. Нужна была твердая рука, чтобы прогнать эту растерянность.

Когда Йен объявился на площади, мрачный и насупленный, вокруг фонаря собралась толпа теней. Некоторые из них были знакомыми: Мойра и Брадан, мать Брадана, обнимающая сына. Кейтлин и ее семья. Джемма и Кэл, сидящие на корточках и о чем-то переговаривающиеся, отстраненный Доу, Купер, стоящий в отдалении, – они тоже были здесь. Только Киаран, который не проснулся и о котором забыли в ночном переполохе, так и остался спать в доме.

Джемма что-то сказала Кэлу, поднимаясь на ноги. Они оба – нет, все они здесь смотрели на Йена, вышедшего в центр, к колодцу. Смотрели, пока он просил помощи. Смотрели, пока он говорил, пока он объяснял, как будут проходить поиски, какие усилия от них понадобятся. Маяк-фонарь слабо покачивался за его головой, создавая вокруг него ореол света, – и люди как загипнотизированные слушали.

И пока они смотрели на Йена – Норман смотрел на них.

Они выдвинулись перед рассветом.

Группки людей покидали деревню и расходились по низине в разные стороны, устремляясь вверх, на холмы – к лесу. А когда достигли вершины холмов, небо начало уходить из черного в серый. Должно было стать лучше – светлее и дружелюбнее, – но, конечно, не в этом месте. Здесь наступившая серость сделала лес контрастнее, и из размытой громады он превратился в бесконечную гряду черных могильных крестов, кривых и ветвистых. И стоило им нырнуть в сумрак под сенью узловатых веток, как вместо споров и обсуждений наступила гнетущая тишина.

Их было четверо.

Сам Кэл, Джемма, Доу и Купер. Киарана и Нормана снова оставили в деревне – Джемма отказалась рисковать. «Хотели бы их убить, – безапелляционно заявила она, – убили бы в прошлый раз. Выдвигаемся». Кэл хотел взять с собой Брадана, но среди тех, кто попадался им на улицах, его не было. Значит, ушел в другой группе, из тех, что Йен отправил в лес на поиски Эмер.