Книга Кровь Дома Базаард, страница 190 – Дина Шинигамова

Не сговариваясь, они с Тиором устроились в библиотеке, наслаждаясь наконец опустившейся на замок тишиной: даже слуги, по традиции принесшие клятву лично (Ниру шумно сморкалась в платок, пока Лиан принимала заверения в верности от шоферов и горничных), поднялись в свои комнаты.

Первые прозрачные лучи солнца, проникшие в комнату через высокое окно, легкими линиями легли на ковер и стены, окрасив библиотеку в розовато-золотые оттенки. На какую-то секунду Лиан показалось, что есть только эта комната и только этот момент – восходящее солнце, начинающийся день, уют молчания и легкость отступившего напряжения последних недель.

Она опустилась на скамью напротив деда, как всегда устроившегося на троноподобном тяжелом стуле с высокой резной спинкой, как делала это вечер за вечером пять лет назад, когда только узнавала, как устроен мир и что значит быть хеску.

Тиор, уперев в пол трость, катал в ладони набалдашник.

– Как ощущения? – с улыбкой спросил он, глядя, как внучка, морщась, начинает распутывать прическу – торжество шпилек и лака. – Теперь ты стопроцентная шибет.

«И не все этому рады.– Лиан пожала обнаженными плечами с выступающими ключицами. – По моим подсчетам, примерно четверть. Те, что постарше».

Тиор задумчиво кивнул. Среди старшего поколения воронов, его ровесников и тех, кто годился самому Владыке в отцы, хватало ретроградов, всегда резко высказывающихся о полукровках и их правах в обществе хеску, придерживающихся категоричных взглядов в вопросе сепарации от людей. Теперь, вынужденные присягать на верность разноглазой наследнице, они терялись, порой чуть ли не начиная оглядываться в поисках поддержки. Лиан отчасти забавлялась их замешательством и неумело скрываемой неприязнью, которая все равно проступала в таэбу холодом заледеневшего на морозе железа, но за ее усмешками и колкими замечаниями, слышимыми лишь деду, все равно пряталась досада.

– Они в… замешательстве, скажем так. – Тиор, не отпуская трость, пожал обтянутыми черным камзолом плечами. – Но клятва принесена, и выбора у них нет.

«Справлюсь.– Лиан махнула рукой, второй пытаясьраспутать склеенные лаком косы. – Они обещали тебе. Тебе их верность нерушима».

Ритуал принесения клятвы наследнику на самом деле являлся обещанием, которое вассалы давали действующему Владыке, – обещанием верно служить его потомку, когда самого его не станет.

Пропуская изломанные укладкой локоны через пальцы, Лиан посмотрела в окно, где разгорался новый день. Свет сделал стекло почти прозрачным, лишив его свойств зеркала, как накануне вечером, но все же она отчасти видела свое отражение: темные волосы, черное платье и темно-карий глаз. На какое-то мгновение Лиан вдруг увидела другую себя, чистокровную хеску, наследницу одного из самых уважаемых семейств. Приняли бы ее иначе? Превозносили бы ее таланты, как восхваляли каждое, даже самое незначительное достижение Лимара просто потому, что он был Базаардом?

Ветер тронул ветви деревьев, и те качнулись, затемняя другую часть стекла, меняя отражение. Правая часть лица Лиан исчезла в солнечном свете, зато рядом мелькнуло осколком льда отражение голубого глаза.

Лиан вздохнула. Если бы да кабы. Она никогда не узнает. Хорошо иметь на руках четыре туза, но играем тем, что имеем.