Книга Пятый лишний, страница 2 – Алиса Бастиан

Четвёртый размер, втиснутый в чёрный лифчик, слегка просвечивающий сквозь светлую блузку без рукавов, но с дразнящим воротничком, застёгнутым слишком плотно, настолько, что хотелось его расстегнуть. Возможно, на это и было рассчитано. Чёрные джинсы, обтягивающие вполне аппетитную крепкую задницу. Огненно-рыжие волосы, собранные в пышный пучок на макушке. Девушка повернула голову и встретилась с ним взглядом тёмно-карих глаз. Заметив оценивающий осмотр, она слегка улыбнулась хищным ртом, обильно накрашенным красной помадой. Он бы с лёгкостью нашёл применение этому рту, но напомнил себе, что пришел сюда совершенно не за этим.

– Разумеется, – продолжил голос, – вы получите его, только если выиграете. А для этого вам придётся стать одной командой: в Игре не будет победителей, либо победят все, либо никто.

– То есть если мы выиграем, каждый получит по двести пятьдесят тысяч? – недоверчиво спросил мужчина в немного старомодном коричневом вельветовом костюме, впрочем, неплохо на нём сидящем. Для него такие деньги были огромной суммой.

– Совершенно верно, – подтвердил голос менеджера. – Попрошу каждого подойти к окошку и назвать своё имя. Начнём как раз с вас.

– Э… Ну ладно, – мужчина в костюме посмотрел на остальных. – Ладно. – Он подошёл к окошку.

– Ваше имя?

– А… Альберт, – нервно ответил он.

– Прекрасно! Значит, вы у нас будете… – и в щель между створкой окошка и подоконником быстро высунулась рука в перчатке и исчезла, оставив какой-то клочок. Словно кассир выдал билет на поезд, который увезёт их всех в неизвестном направлении. – В Игре, разумеется, будут игровые предметы, игровые задания и – та-дам! – игровые имена. Очень легко. Вы у нас Эйнштейн. Пожалуйста, прилепите наклейку на пиджак, так, чтобы всем было её видно.

– О…

Новоиспечённый Эйнштейн отлепил от основы стикер, где чёрным маркером были выведены крупные буквы, и сделал, что ему сказали.

– Следующий, пожалуйста!

Рыжеволосая девушка шагнула было вперёд, но её опередили: шатенка с короткой стрижкой и в чёрной потрёпанной джинсовке уже встала у окошка.

– Агата, – сказала она, и рука в перчатке выдала ей стикер.

– Поздравляю, вы – Кристи! – заявил менеджер-организатор.

– Круто, – буркнула она и отошла.

– Известная писательница, как ни странно, страдала дисграфией, —прокомментировал Эйнштейн, но никакой особенной реакции со стороны игроков не встретил.

Рыжеволосая тут же подошла к окошку:

– Мария.

– О! Так-так… Что ж, прошу вас!

На наклейке было всего четыре буквы.

Кюри, подумал светловолосый. Женщина-радиация.

– Надо же, а мы ведь с вами дружили! – воскликнул Эйнштейн. – Забавно.

– Что? – не поняла она.

– Ну, не мы, конечно. А настоящие Эйнштейн и Кюри.

– Понятно.

Его «любопытные» факты не произвели на неё ни малейшего впечатления, как и он сам. А вот тот, в кроссовках, что пялился на неё, и пялился, кстати, до сих пор, был гораздо интереснее. Зелёные глаза, прекрасно оттенённые хлопковым тёмно-зелёным спортивным костюмом, явно удобным и почти не скрывающим отличную фигуру, светились самоуверенностью. Кюри нравилась самоуверенность. У неё она тоже была. А вот Кристи ей не очень нравилась. В немыслимой джинсовке, серой футболке и тёмно-серых джинсах, слишком сильно обтягивающих тонкие ноги и плоский зад. Тощая, с тёмно-каштановым каре. Красивая, вообще-то, подумала Кюри, смотря на неё. Но какая-то забитая. С тоской в этих совершенно миндалевидных серых глазах. Раз уж они будут одной командой, им бы пригодился боец, а не побитая собака, пусть даже и красивая. Остаётся надеяться, что она умна.