Книга Собор темных тайн, страница 59 – Клио Кертику

А пока бо2льшую часть времени она проводила дома или в саду.

В детстве Мариетт любила многое, а что она не любила, то ее завораживало.

Она любила солнечные лучи и щуриться, когда солнце целовало ее глаза, любила сад, любила большие кустарники и поросшие мхом кирпичные стены. Безумно любила утро, ко дню относилась терпимо, а вот от ночи ее всегда пробирало мурашками. Весь день был похож на цикл жизни. К полудню, когда солнце начинало медленно клониться к горизонту, так и считывалось неумолимое увядание дня. Вечером всегда портилось настроение, возможно, еще и потому, что мама гнала с улицы домой, а затем укладывала спать. Ночи она боялась, как и ночного легкого ветерка, что всегда приносил с собой мурашки. Ночью нужно было ложиться спать, а под кроватью жили тени, от этого становилось не по себе.

С утра все начиналось сначала, и природа радовалась вместе с Мариетт.

Она любила утренние лужицы в трещинах дорожек и покрытые росой небольшие ростки сорняков. Ей нравилось назло всем прыгать в эти маленькие лужицы и создавать брызги.

Мариетт любила свою лейку с изображением земляники, ей нравилось поливать из нее мелких букашек. Она любила, что в их саду так много разных насекомых, которые постоянно хотели с ней подружиться. Любила утренние лучи, пробивающиеся через кроны деревьев, зеленые и белые оттенки во всем, кору деревьев и ощущения, когда гладишь ее. Любила кольца на пеньках и вязкий сок смолы, который особенно завораживал.

Она любила росу и сырую траву, паутинки, сплетенные паучками, любила перебегать от тени к тени и свои испачканные носочки, когда на них налипает трава.

Она боялась темноты, ночной прохлады, света фонарей и летающих у них мошек. Ночью из-за темного неба и огромной россыпи звезд создавалось ощущение, что наша планета не одна и мы не одни.

Она ненавидела сидеть на полу и уже не помнила почему.

Ей нравилось мечтать о том, что лес слушает ее и что вся его магия подчиняется ей.

Она любила вслушиваться, впитывать его энергию, любила деревья, чем раскидистее, тем лучше.

Она любила плести из бисера и рисовать. С самого раннего детства она понимала, что когда грустно, нужно пойти и поиграть, либо порисовать, либо погулять, и тогда станет лучше.

Так она стала маленькой королевой листвы, деревьев, ручейков.

Она знала, что как только сядет рисовать, все мысли уйдут.

Ей нравилось наблюдать, как капельки акварели случайно падают на травку.

И сколько себя помнила, она все время думала о том, когда же можно будет прочесть те книги на полках, или когда она научится рисовать лучше, или когда она достигнет того возраста, в котором можно будет отправиться в школу. Она всегда жила завтрашним днем.

Мариетт нравилось находиться в больших компаниях. Она любила дружить с мальчиками, поэтому большинство ее знакомых были мужского пола. Ей казалось, что дружба с ними чище и искреннее, а вот с девочками ей не повезло. Когда ей было около четырех, ее единственная на тот момент подруга начала просить земляничные пирожки, что приготовила мама Мариетт. Мариетт не была жадной, но ей не нравилось делиться тем, что она могла бы отдать без частых упрашиваний и жалоб со стороны других. С того дня просьб стало больше: подруга с помощью шантажа и угроз пожаловаться на Мариетт взрослым отбирала кукол, конфеты. Мариетт уже и не помнила, за что, настолько это было незначительно и глупо, но с тех пор к девочкам относилась с осторожностью.