Книга Собор темных тайн, страница 84 – Клио Кертику

Мысли вернулись в ставшее привычным за несколько дней русло.

Ее до сих пор шокировал один факт: Лиам был такой значимой фигурой в жизни Кензи, а она об этом и не подозревала.

Может, отправить письмо Эдит?

Нет, нельзя! Нельзя ни в коем случае лезть в ее жизнь. Эта девушка пережила, возможно, более сильную травму, чем остальные.

Может, попросить полицию вскрыть дверь в его квартиру, но на каких основаниях? Может, он уже переехал? В таком случае где его искать?

Она почувствовала такую невероятную легкость в голове, что невольно схватилась за рукав Уолтера.

– Что с тобой? – удивился тот, ища глазами ближайшую скамейку.

– Нет, только не сидеть, пойдем перекусим чего-нибудь, – твердо ответила Ализ в надежде побыстрее убраться домой.

Жан Пьер проснулся от тихого, едва слышного стука по дереву.

Он медленно поднялся и, накинув темную рясу, направился к двери. Полунощница[34]уже прошла, и сейчас он отчетливо чувствовал, как ночь перешла во вторую свою фазу. Тогда что же произошло?

Он тихонько отворил скрипучую дверь и выглянул в коридор.

Гавриил прижался к темной каменной стене. Свет фонаря бросал четкие, густые тени, какие можно было бы найти только на гравюрных изображениях. Только каменная поверхность могла передать свет и тень настолько эффектно.

– Что случилось? – спросил Жан.

Пастор был чем-то озадачен или даже напуган, он вертел головой, осматривая обе стороны коридора, как будто бы из темноты могли появиться те, от кого он бежал.

– Вильгельм разыскивал меня среди ночи, не знаю уж зачем, но, не найдя меня, отправился в библиотеку. Огибая храмину со стороны кухни, он заметил, как таинственная тень шмыгнула из кухонной двери к огородам. Он погнался за тенью, пытаясь понять, кто это, и нашел в огородах мужчину. Мужчина в возрасте, он сидел прямо там на каменной лавочке, в зарослях кустов, и, что-то повторяя, качался из стороны в сторону. Вам нужно это видеть, без вас мы не могли решить, что делать.

Жан слушал всю эту повесть с серьезным, но не слишком суровым видом.

– А где ты был в то время, как тебя разыскивал послушник? – спокойно поинтересовался он.

– Я там и был, в огороде, на ночном дежурстве, когда услышал их топот и голоса.

– Тогда что же вам не дает покоя? Позаботьтесь о бедняге должным образом, поселите в одну из келий, и будем ждать утра, – на этих словах Жан уже собирался возвращаться к себе, когда послушник вдруг резко воскликнул:

– Нет, вы должны быть там, старик почти бесноватый, он все время заверяет, что потерял нечто, и руки у него трясутся! Как будто мы все тут что-то от него скрываем!

Жан оглядел послушника и заявил:

– Ступай и успокойся, я буду через десять минут.

Одевшись как подобает пресвитеру, Жан направился западным коридором. Поднявшись в церковь, он сразу же увидел фигуру перед главным алтарем. Он подумал, что это по-прежнему Гавриил, но обнаружил того секундой позже у дальней колонны с тремя другими послушниками.

Пастор Алар стоял неподалеку от согнувшейся фигуры и шептал молитвы.

– Отец Жан, – начал тот, кивая в сторону незнакомца. – Мы нашли его на одной из скамей. Всех удивило, что ни на вечерне, ни на полунощнице его не заметили.

В этот момент незнакомец бросился к Жан Пьеру. Пресвитеру совсем недавно минуло сорок лет, но как только он стал занимать столь высокое положение в церкви, то сразу решил заботиться о тех, кто ночью ищет кров в этих стенах. Он все еще помнил то, как его самого принял этот собор.