Книга Кровавая гора, страница 61 – Алиса Валдес-Родригес

Клаудия надела зеленые ковбойские сапожки из змеиной кожи и бирюзовое платье с глубоким вырезом. Она кружила вокруг стола с двумя бутылками вина, красного и белого, по одной в каждой руке, щедро наполняя бокалы взрослым гостям.

– А вы знаете, – начал Стерлинг, указывая на стоящий перед ним пустой винный бокал, – ни в Норвегии, ни в Дании, ни в Бельгии вообще нет установленного законом возраста употребления алкоголя. А в Мали, например, такой возраст – пятнадцать лет. Так что…

– Ну, тут все-таки Соединенные Штаты, – напомнила ему Клаудия. – К тому же у нас в гостях сотрудник полиции.

– Ах да, – сказал Стерлинг. – Совсем забыл, что она – коп, ведь инспектор Луна просто потрясающая…

Адлер сложил руки на груди и насмешливо фыркнул, точно Джоди была какой угодно, только не «потрясающей», – а охотинспектор только усмехнулась в ответ, будто плевать ей хотелось, что этот богач о ней думает.

Собравшиеся немного подождали остальных, да только Брайс и Леннокс так и не появились. Клаудия попыталась связаться с ними по мобильнику и в результате выслушала два призыва оставить голосовое послание. Адлер принес всем извинения, оправдывая отсутствие жены внезапным приступом головной боли, а когда же Кейт выразила крайнее беспокойство отсутствием весточек от Брайса, Дакота, Адлер и Клаудия дружно взялись успокаивать ее, заверяя, что подобные исчезновения для ее мужа – вовсе не редкость. Бедной девушке еще многое предстояло узнать о старом добром «Брайси».

– Он так делает постоянно, еще мальчишкой начал, – доложила ей Дакота. – Стоит его нервам чуть разыграться, и ему нужно побыть одному. Я уверена, с ним все хорошо.

– Но все-таки… В этих горах? – спросила Кейт.

– Он часто уходил пешком на Манхэттен, пока мы росли, – сказала Дакота. – Бродил ночи напролет по худшим районам города.

– А на Манхэттене водятся медведи? – спросила Кейт.

– Брайс способен за себя постоять, – уронил Адлер. – Ты уж нам поверь.

Кейт негромко рассмеялась, словно Адлер был последним человеком на земле, кому она рискнула бы довериться. Дакота не стала бы ее винить, учитывая сложности в отношениях этих двоих.

– Полагаю, они оба вольны наслаждаться уединением, – дипломатично сказала Клаудия. – Ведь ничто не обязывает нас проводить каждую секунду этих выходных всем вместе, правда?

– Ничто, – подтвердил Клифтон.

– Тогда, может, начнем? – предложила Дакота.

Все сошлись на том, что стоит попытаться, и вскоре латиноамериканская пара, которая заправляла здесь хозяйством, выплыла из кухни с блюдами, чтобы аккуратно, с соблюдением этикета, расставить их на столе. Дакота немного сочувствовала обоим. Этот парень, Камило, обеспечивал их веселой компашке весь возможный комфорт с той самой секунды, как сутки тому назад частный самолет Клаудии со всеми родственниками на борту приземлился на взлетно-посадочной полосе ранчо (они собрались в аэропорту Хьюстона и сразу вылетели сюда). А его жена? Беременная настолько, что, кажется, вот-вот лопнет, и при этом вынуждена работать на износ – готовить, подавать, убирать… Дакота была без понятия, сколько Клаудия с Тедди платят этим двоим, и лучше бы не спрашивать, – но, хорошо зная, каков скупердяй ее брат, несмотря на репутацию большого мецената и щедрого филантропа, можно не сомневаться: о каких бы суммах ни шла речь, им явно недоплачивали.