Книга Шарлатанка, страница 85 – Аманда Скенандор

В следующие несколько дней Тусия старалась держаться позади всех интернов, боялась взгляда доктора Аддамса и ничего не отвечала на его вопросы. И хотя она не смогла отказаться, когда он снова позвал ее в свой кабинет, она приготовилась сопротивляться.

Однако доктор Аддамс был не из тех, кто привык к отказам. Сначала он пытался льстить, потом принудить и, наконец, унизить. «Без меня ты ничто», – сказал он. И два дня спустя доказал это в операционном театре.

И теперь Хьюи хотел сделать то же самое.

Тусия посмотрела на Тоби. Он улыбался во сне, забыв о вчерашних слезах. Как же мало у нее осталось от самой себя, так мало, что почти нечего спасать. Но она должна это сделать, ради Тоби. Они заперты здесь, под властью Хьюи, неизвестно насколько. Но если уж они не могут уехать, она обязана найти какой-то способ выдерживать все это.

Нет, не просто выдерживать, а жить. И восстановить самоуважение. Одной, впрочем, ей не справиться. Но остальные никогда не вели себя враждебно, хотя и приняли ее вначале прохладно. И Тоби был так мудр, что понял это. Почему же она не поняла?

Ведь вчера, когда Тоби пытался поймать мяч, его лицо озарилось счастьем. И это благодаря Дарлу. И Алу. И сброшенным ботинкам. Конечно же, такое счастье стоило нарушения пары установленных ею правил.

Она схватила бейсбольную перчатку и пошла искать Дарла.

Найти его было легко по шуму и стуку инструментов. Сегодня он работал у сцены, где зрители вытоптали траву и земля превратилась в голый клочок грязи и пыли. Полдюжины ящиков и еще какой-то мусор валялись вокруг. Дарл взял ящик и начал отдирать доски. Зрители приносили их, чтобы сидеть, но Хьюи был убежден, что стоя они больше покупают. Поэтому каждый день эти ящики ломались и бросались в огонь.

Если Дарл и увидел Тусию, то виду не подал и продолжал отдирать доски и бросать их на землю. Солнце только появилось из-за горизонта, в воздухе еще висела тонкая сетка тумана, но он уже сбросил куртку, и над его бровями повисли капли пота.

– Доброе утро, – сказала она, пытаясь изобразить дружелюбие, копируя интонацию других людей.

Дарл только буркнул в ответ.

– Я хотела вернуть это, – она протянула ему перчатку.

Дарл оторвал две последние доски и только потом подошел к ней.

– Это все? – спросил он, не взяв перчатку.

Тусия вздохнула и опустила руку. Она не до конца продумала, что хотела сказать, как извиниться. Но теперь даже слова «прости меня» застряли у нее в горле.

– Насчет вчерашнего… Тоби не такой, как другие мальчики…

– Ну надо же.

– У него порок сердца, и легкие у него слабые.

– Достаточно сильные, чтобы бегать. Не то что у тебя…

Тусия сердито посмотрела на него.

– Я хочу сказать, что с ним надо обращаться осторожно.

– Он пошел за нами в поле. Я увидел его и разрешил ему поиграть. Вот и все.

– Да, но…

– Слушай, если ты хочешь запереть мальчика в клетку, как циркового зверя, это не мое дело. Я больше не вмешиваюсь, – он взялся за перчатку, но Тусия сжала ее сильнее.

– Я не держу его взаперти, как зверя! – вскрикнула она.

– Да? – Дарл потянул перчатку к себе.

Тусия дернула снова.

– Здесь сотня опасностей для него.

Дарл отпустил перчатку и указал пальцем на их фургон.

– Это клетка. Любому в ней будет не очень-то, особенно такому мальчугану.

– Ты ничего не понимаешь в том, как растить детей.