Книга Презумпция виновности, страница 437 – Макс Ганин

– Кстати, хочу вас поблагодарить от себя лично и от имени моей семьи за то, что вы только что сэкономили для меня 30 тысяч, – делая вид, что говорит на полном серьёзе, пошутил Тополев.

– Это каким образом?

– Ну, как же?! 8 тысяч завхозу за ремонт и 22 «косаря» за телефон.

– Это что, так дорого телефон стоит? – сделал удивлённый вид Болтнев.

– А то вы не знаете!? – подыграл ему Гриша.

– «Фонарик»267дешевле стоит! – поделился своими познаниями о ценах на чёрном рынке сотовых телефонов зоны начальник колонии.

– Это же не мой уровень, Сергей Александрович! – как бы обиженно отреагировал Григорий.

– Мы услышали друг друга, я надеюсь, – уже строго и по-деловому произнёс Болтнев.

– Мне кажется, да, – ответил Тополев.

Гриша чисто из любопытства – какое будет решение суда по УДО у «бугра» «швейки» Пархоменко – дождался результата: его отпустили, пошёл в отряд, вспоминая «формулу успеха в ИК-3»: как только ты перестаешь быть нужным зоне, она тебя выпускает.

Вечером 29 марта к Грише подошёл Лёша Герасимчук и рассказал, что его вызывал старший опер Мешков и показал письмо из московского Перовского следственного комитета о том, что в 2004 году было совершено изнасилование в подъезде дома 2 по улице Челябинской, и его ДНК и группа крови совпали. Он должен допросить Алексея по этому делу, и если тот напишет явку с повинной, то дело будет закрыто за сроком давности. Лёша был в шоке и боялся, что его вывезут на следственные действия и, что это проплаченная акция от потерпевшей либо его конкурентов по бизнесу. В общем, несколько ночей он не спал, занимался самоедством, замучил свою мать звонками и просьбами – одним словом, потерял несколько лет жизни. Конечно, он не совершал этого преступления, но о презумпции виновности хорошо помнил и усвоил это на собственной шкуре.

6 апреля наконец состоялся суд по УДО Григория, четвертый по счёту. Колония его не поддержала, прокурор тоже был против досрочного освобождения. Тополев выступил в прениях с заранее заготовленной речью и прочитал написанное в тетради под запись видеорегистратора. Дежурному по комнатевидеоконференцсвязи фиксировал на видео всё для отчета в управу. Григорий сказал суду следующее:

«Исходя из текста статьи 79 УКРФ осуждённый подлежит условно-досрочному освобождению, если судом будет признано, что для своего исправления он не нуждается в полном отбывания назначенного судом наказания. Учитывается поведение за весь срок отбывания наказания, наличие взысканий и поощрений, отношение к труду и учёбе. Начну с учебы в ПТУ-109 – отличные отзывы и характеристики от преподавателей и ходатайства о поощрении. Труд – работал на швейном производстве, узнал всё: от закройки до оверлока, являлся заместителем руководителя швейного производства, контролировал соблюдение технического процесса и выполнение плана, был уволен, в связи с чем подал исковое заявление в Рассказовский районный суд с требованием восстановить меня на работе. В ЛИУ№7 был оформлен уборщиком, в действительности работал в клубе исправительного учреждения. Под моим руководством за полгода проведены 6 концертов, за что дважды подавались рапорты о моем поощрении. При моём непосредственном участии был полностью отремонтирован клуб, как внутри, так и снаружи. Дважды расписывался за поощрения, но, как видно из ответов администрации ЛИУ-7, из моего дела эти данные по неизвестной мне причине исчезли, о чём я собираюсь заявить в Генеральную прокуратуру, так как Тамбовская областная прокуратура по надзору за учреждениями не видит нарушений в курируемых ей учреждениях.