Книга Аптекарша-попаданка. Хозяйка проклятой таверны, страница 30 – Диана Фурсова

Элина почувствовала, как за спиной у неё Рейнар сделал шаг — тяжёлый, предупреждающий.

— Я никого не ворую, — сказала Элина ровно. — Я перевязала колено ребёнку. Это не «клиент». Это ребёнок.

Лисса усмехнулась:

— Ага. А потом «случайно» попросила травы. И хлеб. И теперь у тебя в доме девка-приблуда. — Она бросила быстрый взгляд на Раду, которая замерла у лестницы с ведром в руках. — Ты собираешь себе стаю, хозяйка? Чтобы легче было таскать чужое?

Рада вспыхнула и сделала шаг вперёд, но Элина подняла ладонь, останавливая её.

— Тише, — сказала она Раде. Потом посмотрела на Лиссу: — Я прошу травы не «чужие». Я покупаю, чем могу. И работаю.

— Работает она! — Лисса подняла голос, и деревенские за её спиной оживились. — В проклятом доме! Слышали? Работает!
А знаешь, что говорят? — она наклонилась ближе, глаза у неё блеснули. — Что твой ночной гость исчез. Значит, снова началось.

Элина ощутила, как дом в ответ тихо скрипнул — будто прислушался к слову «исчез». Тайна. Страх. Еда.

— Замолчите, — холодно сказал Рейнар.

Лисса дернулась и только тогда заметила капитана — полностью, с мечом, со взглядом, который не оставлял шансов на спор.

— Капитан Кард, — выдавила она и тут же попыталась улыбнуться. — Я всего лишь предупреждаю. В деревне дети…

— В деревне дети не должны слушать сплетни, — отрезал Рейнар. — А вы сейчас занимаетесь именно этим.

Лисса расправила плечи, стараясь вернуть себе власть:

— Я лекарка. Я отвечаю за здоровье. А эта… — она снова ткнула в Элину, — она неизвестно кто. Вон травы мешает, печь кормит, да ещё и люк в полу вскрыла! Это уже алхимия. Запрещённая.

Элина напряглась. Значит, кто-то видел. Значит, слухи разойдутся быстрее, чем она успеет объяснить хоть что-то.

Рейнар сделал шаг вперёд — так, что Лисса инстинктивно отступила.

— Это место под расследованием дозора, — сказал он громко, чтобы слышали все. — И хозяйкаработает по моему разрешению.
— Любое вмешательство, — он посмотрел на толпу, — любое подстрекательство или клевета будут считаться помехой следствию.

Слово «следствию» прозвучало как железный замок.

Лисса побледнела, но попыталась сохранить лицо:

— Я только хотела…

— Хотели — идите лечите тех, кто вас зовёт, — отрезал Рейнар. — А сюда больше без приглашения не приходите.

Повисла тишина. Деревенские попятились, словно воздух стал слишком холодным. Лисса сжала корзину так, что пальцы побелели.

Она посмотрела на Элину — злым, обещающим взглядом.

— Не думай, что это конец, — прошипела она почти беззвучно. — Проклятый дом не терпит хозяйку, которая много знает.

И ушла, утащив за собой толпу.

Дверь захлопнулась.

Элина выдохнула только тогда, когда их шаги стихли.

— Спасибо, — сказала она тихо, не глядя на Рейнара.

— Не благодарите, — сухо ответил он. — Это не защита. Это контроль.
Потом, чуть тише добавил: — Но если они начнут вас рвать на слухах, вы ничего не сделаете.

Элина подняла взгляд. Их взгляды встретились — и на секунду между ними было не «капитан и подозреваемая», а двое людей, которых прижали к стене обстоятельства.

— Я сделаю, — сказала она упрямо. — Даже если они будут шептать.

Рейнар смотрел на неё долго. Потом коротко кивнул — будто признавая, что спорить бесполезно.

Рада, стоявшая у лестницы, выдохнула с таким облегчением, что чуть не расплакалась.