Книга Доктор-попаданка. Служанка в доме Ледяного дракона, страница 39 – Диана Фурсова

В кабинете стало так тихо, что Марина слышала собственное дыхание.

— Брак, — повторил Айсвальд очень тихо.

Марина смотрела на него и видела, как в его взгляде поднимается что-то холодное, опасное — не магия. Ярость человека, которого снова пытаются держать за горло.

Айсвальд медленно сложил письмо пополам.

— Значит, — сказал он, — они решили, что я ещё достаточно жив, чтобы меня женить.

Он поднял глаза на Марину.

— И ты, докторша… теперь в моём доме не просто служанка. Теперь ты — проблема, которую они захотят использовать первой.

Метка на её запястье вспыхнула холодом так, будто согласилась.

Утро началось не с солнца — с ударов в дверь.

— Марина! — голос Агаты резал коридор, как нож по стеклу. — Немедленно вниз! У нас…бал.

Марина села на кровати так резко, что бок напомнил о себе тупой болью. Синяк после лестницы расползся, но, к счастью, не стал переломом. Она провела ладонью по ребрам, вдохнула поверхностно и выдохнула. Жить можно. Работать — тем более.

— Бал? — переспросила она, натягивая платье-служанки и одновременно завязывая волосы. — У вас тут кто-то с ума сошёл?

— В столице решили, что милорд обязан показать «мир и порядок»! — Агата дёрнула ручку ещё раз, как будто хотела сорвать дверь. — И если ты думаешь, что твои кипячения важнее… то ты ошибаешься!

Марина открыла, и Агата ворвалась внутрь вихрем: юбки жёсткие, лицо жёстче.

— Сколько гостей? — спросила Марина вместо приветствия.

Агата замерла на полшага. Взгляд её соскользнул на ключи, висевшие у Марины на поясе, и стал ещё злее.

— Сто двадцать.

Марина моргнула.

— На сколько дней?

— На один вечер. — Агата почти выплюнула. — Бал и ночёвка для самых… важных. Завтра часть уедет, часть останется на переговоры.

— Отлично, — сказала Марина. — Тогда нам нужны: еда, чистая посуда, порядок по кухне, вода — кипячёная для всего, где будет…

— Хватит! — оборвала Агата. — Ты будешь делать то, что я скажу. Поняла? Ты теперь «помощница», но не хозяйка.

Марина застегнула последнюю пуговицу и подняла взгляд.

— Если вы хотите, чтобы никто не умер от пищевого отравления на глазах у знати, — сказала она ровно, — вы будете слушать меня хотя бы на кухне. Потому что если кто-то и попытается устроить «случайность» снова — это будет на балу.

Агата стиснула губы.

— Ты думаешь, всё крутится вокруг тебя.

— Нет, — спокойно сказала Марина. — Всё крутится вокруг герцога. А я — удобная точка удара.

Агата резко выдохнула, словно проглотила слова, которые хотелось бросить.

— Внизу, — отрезала она. — Грейм ждёт. И… — её взгляд стал чуть более колючим, — милорд тоже.

Марина почувствовала, как метка под рукавом кольнула — не больно, а как предупреждение.

— Замечательно, — пробормотала она и пошла следом.

В холле уже пахло воском и холодной суетой. Слуги таскали ковры, меняли кристаллы в нишах, протирали перила так, будто по ним завтра будут ездить языками. Повар ругался на весь дом, потому что кто-то «перепутал мешкис мукой», и теперь он подозревал всех — особенно воздух.

Грейм стоял у лестницы, держа в руках список, толщиной как маленькая книга.

— Марина, — сказал он ровно, и в этом ровном было:держись. — Доброе утро.

— У кого оно доброе, — буркнула Марина. — Сто двадцать гостей. У нас есть столько постелей?