Книга Волчья Ягодка, страница 96 – Алана Алдар, Мию Логинова

На глаза вновь набежали слезы. Смаргиваю, пытаясь прояснить зрение, но только лишь ускорила их падение. Две крупные слезинки сорвались вниз, прокладывая по щекам мокрые дорожки.

— Та? — сердце ухает куда— то в пятки, а к горлу подкатывает тошнота, кислая и липкая, покрывающая тело холодным ознобом, ну точно как от тех бабкиных пирогов.

— Юля, — добивает он именем.

— Юля, значит…

Велька рассказывает, а моя фантазия, на которую я никогда не жаловалась, рисует картинки, больше похожие на кадры кино, ужасной жизненной драмы, целой трагедии, что разворачивалась прямо в этом доме, на этом самом крыльце при свидетелях, молчаливых, тихо вздыхающих по углам… Неужели Сережа мог быть таким? Мягким, смеющимся, счастливым? И правда устроил праздник в ее честь? Перед глазами горят ритуальные, праздничные костры, опаляющие душу искрами ревности. Да, все в прошлом, похожая по словам Вельки “как две капли воды” на меня Юлия ушла, бросила, растоптала и вместе со злостью на незнакомку во мне плещется дикая пламенеющая разномастными примесями, пожалуй, совешенно неуместная ревность. Чудной коктейль эмоций, которые испытываю впервые. Зябко веду плечами, хотя послеобеденное солнце нещадно припекает макушку.

Когда волчонок замолкает, я устало бормочу, больше для себя, не хочется расстраивать не по годам мудрого парня, но он всё равно слышит:

— Актриса на главную роль пусть и сменилась, а декорации те же…

— Не то ты слышишь, Маша, — отчаянно выкрикивает он, хлопая по ступеньке кулаком. — Скажи честно, ты любишь его?

— Люблю… — бормочу тихо, — скажу тебе как взрослому, раз у нас с тобой такой разговор. Знаешь, люди слишком часто бросаются этими словами, не задумываясь об их истинном значении! Любовь путают с привязанностью, страстью или влечением. Сережа и я… Вот это все, между нами есть. Но любовь — это нечто большее. Она заставляет забыть обо всем на свете. И, в отличии от других чувств, не проходит, а только растет в нашем сердце, ощущается во всем… освещает солнцем даже самый пасмурный день, излечивает все тяжелые раны и болезни… ну как я могу в этом признаться?

Поднимаюсь с насиженного места, собираясь пойти… сама не знаю куда.

— Очень простой вопрос, — Велислав поднимается следом, тянет меня за руку, — Пойдем, Маша, покажу тебе что-то. А вот то, о чем ты сказала, на самом деле просто, как в жизни волка, так и в жизни человека. Люблю или нет. Вот я, — тычет себя кулаком грудь. — Люблю тебя, с первых минут в том храме. Моя душа с твоей повязана навеки. Где бы ты ни была, я готов за тобой… на твой зов из собственной шкуры… — все же сбивает, вздыхает. — К тебе! Видишь! И не стыдно мне ни капли, язык не проглотил.

— Эх, Велька. Потому что ты, каким бы взрослым ни был, всё равно ещё ребёнок. Подрастёшь и станет сложнее, поверь.

— И чо? — как будто даже что-то звериное, хриплое проскальзывает в голосе. — Вот так нас бросишь?

Насколько же наша жизнь полна неожиданностей? Вроде бы идет своим чередом, и ничего нового в ней не предвидится, происходит что-то, на первый взгляд совершенно обыденное, и в одно мгновение переворачивает всё с ног на голову. Вот так и мой приезд в “Кости”.

— Не смогу, — на мгновение прикрываю глаза, признаваясь ему одному и всему навьему разом.

Лес подхватывает слова, несет их вестью вместе с ветром, путает в листве, перешептывается с птицами. Они гомонят, срываются с насиженных мест, спеша разнести подслушанное дальше.