Онлайн книга «Ведьмина Ласка»
|
— Дай посмотрю хоть? — враз будто забыв о своем горе, Василиса с искренним и удивительным волнением потянулась, не вставая, через мои вытянутые ноги, чтобы удостовериться, видать, что проклятущая птица не оттяпала незваному гостю пол бока. Я б такой что и рад ее остановить, а голос все никак не вернется. Что-то непривычное, незнакомое булькает в груди, еле воздух продирается. Сижу, как истукан замороженный. Васька сначала потянула за рубаху, не мою, конечно, с чужого плеча опять, а потом, смутившись, замерла, едва пальцы коснулись горячего, враз напрягшегося бока. — Да нет там ничего, — наконец прорезавшийся голос скрипел несмазанной телегой. Я поймал Васькину ладонь, забирая из пальцев ткань рубахи. — Нормально все. На красивом лице отразилось смущение. Ресницы дрогнули, расчертив длинными тенями розовые щеки. Ей бы руку-то у меня отобрать, да выпрямиться, чтоб не вот так лицом в грудь почти упираться, а она замерла испуганной птичкой, как будто никогда так близко живого мужика не видела.Смущенная, растерянная и до судороги красивая. Хрупкой своей наивностью. Такой искренней, что страшно попортить. Какой меня черт дернул, сам не знаю. То ли ощущения эти странные, то ли взволнованный взгляд ее. Обо мне, мать ее, никто никогда не волновался в жизни. А тут чужая, незнакомая девчонка! И на тебе. Думал, уж ничем меня в жизни не удивить и не пробить… и вот. Сами собою губы потянулись, как будто с мозгом вообще никак не связаны. Я ж знал хорошо, что нельзя ее трогать Иринки племянницу. Твердо для себя решил подальше держаться и… не смог. И даже не потому, что задумал дурное головой. Не планировал, всеми богами клянусь случайно вышло. Так она смотрела на меня, так пахла сладко и так было тепло внутри от ее взгляда… Губы у нее тоже оказались теплыми. И мягкими. Податливыми и нежными. Легонько тронул их языком, тут же раскрылись, как диковиный цветок к солнечному свету. Васька подалась вперед сама. Мне только и осталось, что прижать к груди, уложив ладонь меж лопаток. Я бы может и отпустил, одумавшись, так ведь она несмело принялась отвечать на ласку. Позволила притянуть ближе усадить на колени… Опомнилась, видно, только когда я, забывшись окончательно, выпустил ладошку из рук и пробрался под тонкую кофту, размашисто оглаживая напряженную, выгнутую спину. Васька отпрянула, сморгнула и тут же уперлась руками мне в плечи. Сбросив дурман сладкого ее поцелуя, развел руки, словно сдаваясь в плен, показывая, что не держу вовсе, а она оскочила с колен, как от прокаженного, поднялась на ноги, и замерла, стоя ко мне спиной. Не поднимаясь, я молча любовался точеной фигуркой, упругим задом, только что так приятно давившим на мои колени. Тягучее напряжение — вот все, что осталось от ее мимолетных, изучающих касаний. Тяжелое дыхание и сладкое послевкусие на губах. Тоже поднялся следом за ней. Встал рядом, заметив, что Василиса отшатнулась, увеличивая расстояние. Хмыкнул. Все правильно. Вася. Подальше тебе надо быть. — Говорить, что не хотел не стану. — Врать не хорошо, — в тон мне ответила Василиса, но отчего-то стало смешно. Губы сами собой растянулись в улыбке. — Кто бы мне лет д…нацать назад это напомнил… — А что? Некому было? — обернувшись, с явным упреком уточнила она. |