Книга Ведьмина Ласка, страница 36 – Мию Логинова, Алана Алдар

— А магия? Почему запечатала?

— Дура потому что. Всем известно, что запечатать, не значит лишить. И до поры до времени она спать будет, а затем как рванёт… не рванулоещё?

— Нет…

— Значит, неинициированная… — понятливо протянула тётя Ира.

— Что это значит?

— То и значит, не любилась ещё ни с кем.

— Вы о сексе?

— О нём, о чём же ещё, — мечтательно хихикнула она. — Чтоб ты знала, ещё задолго до рождения нашего мира любовная магия и чары творили чудеса. Магия жизни, так раньше её называли, а всё потому что имеет дело с энергиями невидимых миров. Самая мощная сила для привлечения богатого урожая, благосостояния поселений, победы над врагами. Когда человек един со своей половинкой, достигает пика, он же един и со вселенной. — Она замолкает резко и совсем по-человечески прикрывает пасть лапой. — Ой, а что ж я тут разболталась! Тебе хоть восемнадцать есть, девонька?

Фыркаю, давая понять, что уж слишком поздно опомнилась родственница.

— Так что там с инициацией и магией жизни? — поторапливаю я.

— Ну вот, когда ведьма искренне любит и соединяется с возлюбленным своим, энергии иных измерений, которые невозможно увидеть, но которые незримо влияют на нашу жизнь, прошивают тело ведьмы, наполняют её как молоко кувшин, позволяют ведать и видеть, предчувствовать. После инициации все тела ведьмы — будь то физическое, духовное или ментальное, все они соединяются, позволяя ведьме пользовать и “тонкие” грани, щупать изнанку мира.

— Тонкие? — тихо переспрашиваю я, но тётка слышит.

— Ну вот гадания, разговоры с фамильярами и духами, какая непонятливая, — ворчит недовольно.

— И почему же мама меня решила этого всего лишить?

— Ясно почему, — фыркает пантера. — Мачеха твоя, всё по бабкам шаталась, мужика отобрать хотела, чёрную, злую силу призвала. А сестрица уж больно малахольной была. Добровольно от силы отказалась, чтоб с дурачком, отцом твоим жить. Ещё и тебе магические потоки связала, чтоб не искушать тьму.

— Зачем же?

— Возле каждой ведьмы должна быть наставница. В Навьем так и заведено, не то что в городе. Всем здесь ясно, что лучший путь для ведьмы — когда рядом есть старшая сила, лучше кровная. Как ты родилась, я уж утопла, а старших баб в нашем роду и не было. Так что теперь, Василиса, свой путь тебе мерить, набивая собственные шишки… Кстати, про них…

— Про шишки?

— Угу, про одну… — пантера мешкает, словно не решается продолжать, а мне резко становиться сонно. Всё, что она говорит, звучитсказочно и дивно, хочется слушать, но спать ещё больше. — Так вот! — восклицает она громко, что я подпрыгиваю на месте. — Мужика тебе надобно лучше местного, навьего, хватит, и так кровь разбавили. К тому же, выброс силы будет мощным, чтоб поглотить и разделить с тобой мог. Вот, кого-то ищи, кому надо помощь магическая, двуликого. Как я сейчас.

— Э-э, — тяну непонятно. — Утопленника?

— А ты подумай получше, кого перед собой видишь, — переходит в загадки она. — Я волк только на двух ногах.

— При чём здесь волк? — моргаю я, аж сон уходит.

— Днём мы спим, а ночью встаём, днём-лежим, а ночью-идем? — ещё больше путает она.

— Вампиры?

— Вот дурья башка, — ворчит, царапая когтями лавку, — последняя попытка, Василиса, уходит мое время. — Пушистый, сладкий, ласковый, но все же мелкий пакостник?