Книга Академия Малхэм Мур. Мой сводный враг, страница 93 – Мию Логинова, Алана Алдар

– А ты бы согласилась? Замуж за Латимера?

– Это не твоё дело, Эйдан.

– Ошибаешься, теперь моё. И тебя, к слову, может, даже не спросят. Разве что для приличия. Добро пожаловать в семью, птичка.

– Доволен, да? В очередной раз добился своего? – Отец, поджав губы, стоит ко мне спиной. Обращённое к окну лицо отражается в тёмном стекле искажённо, а отблески света от большой потолочной люстры делают образ хищным и устрашающим, как зеркало правды, являя суть старшего Мортимера миру. Почти что портрет Грея.

– Ты слишком много себе позволяешь, Эйдан. – Голос ровный, даже не поднявшись на полтона выше привычного тембра, отец звучит жёстко. И мне нечего ему противопоставить. Я мог бы… если бы только найти способ дотянуться до него одного и не задеть других. – Ты будешь вести себя благоразумно, как положено наследнику рода. Сегодня для нас важный день.

– Тебе плевать на неё, да? Просто новая пешка в высоких играх вершителей судеб? Запихнуть её в Мур, теперь вот… что? Нашёл уже ей подходящего женишка?

Отец оборачивается, будто удивлённый таким выпадом, задумчиво прищурившись, впивается взглядом, как если бы мог выпить душу на расстоянии. Жизнь высосать.

– Что тебе за дело, за кого выйдет замуж сестра?

Вот уже и сестра. СЕСТРА!

– Она мне не сестра! – Выдержка даёт трещину, и громкий, злой протест криком ударяет в стены отцовского кабинета. Нового, перестроенного после взрыва. Всё здесь теперь иначе, но каждый раз, заходя, я всё равно возвращаюсь в прошлое, ненавидя себя, что не заглянул сюда в ТОТ вечер.

– …Мэддок, я прошу тебя… – Я проходил мимо, искал маму, потому что мы собирались отправиться к арендаторам в город. Мама занималась благотворительностью. Мы возили беднякам продукты из магазинов и даже готовили вместе еду для бездомных на празднике Урожая. Она пекла потрясающие тыквенные пироги и пряный хлеб. Я любил смотреть, как мама снимала кольца, мыла руки под холодной водой из уличного крана, как, улыбаясь простым людям, не разделяя на богатых и бедных, месила тесто… Её руки потом пахли травами и молоком…

Если бы я только остановился на её мольбу. Если бы решился зайти в отцовский кабинет, чтобы проверить, отчего в голосе слышался плач. Но с самого детства в комнаты родителей нельзя было заходить без разрешения и строго-настрого запрещалось подслушивать беседу, тем более прерывать её. Я был послушным сыном. И послушание стоило мне матери.

Кулаки сжимаются сами собой. Вот опять от меня требуется быть удобныммальчиком. Таким, каким должен быть наследник. Делать, что положено, и помалкивать. Ведь всё это в интересах семьи. Нет ничего важнее чести рода.

– Я не дам тебе испортить ей жизнь! Она вообще не должна быть Мортимер.

– Ты ведь очень старался выжить Люку и её мать из этого дома, Эйдан. Давай признаем, что не вышло. Прекрати вести себя, как упрямый мальчишка.

Отец усмехается, принявшись перебирать на столе какие-то бумаги. Вероятно, готовые к официальному принятию Люки Гревье в наш род.

– Сегодня за ужином, после того, как Люка примет родовой кристалл, ты, как положено, подтвердишь её право быть частью нашей семьи. Дед тоже будет присутствовать.

– Как ты его уговорил, даже не буду спрашивать. Это же мезальянс.

– У нас с Констанс не будет детей. У Мортимеров есть наследник, чистота крови которого не вызывает сомнений. Я свой долг перед семьёй выполнил.