Онлайн книга «Путь к дракону»
|
Я сложила руки перед грудью и с благодарностью помолилась Богу за то, что никого здесь не было. Мне не нужны были соглядатаи и чужие комментарии. Вот только выплеснуть злость и найти решение — разные вещи. Что делать дальше, я всё равно не знала. Я оглянулась, чувствуя опустошение. Прошла, прикрыв до щёлочки глаза, по рыжей беговой дорожке. Сила моя ни к чему. Я чувствовала себя бесполезной. Обещание помочь, отдать долг Линдену — тоже, выходит, пустышка. И сама я ни с чем не справляюсь, разве что удалось не поджечь весь стадион, хотя чувствовала, что могу… Я пустилась бегом, разматывая мысли на километры. Ни от чего не было проку. Я слишком мало знаю, ещё меньше умею. Меня буквально ломало от никчёмности. В прошлой моей жизни от меня хоть в помощи маме польза была, в хозяйственных делах, в приработке — я убиралась у старушки Клион, и в лавке помогала мадам Сильван, быстрей других разносила покупки, знала наизусть, что купят в понедельник, а что в четверг соседки с верхней улицы, а что — с нижней. Кто любит потихоньку от детей и мужа полакомиться конфетами, а кто последнюю крошку хлеба отдаст семье. Это была простая и понятная жизнь, и я в ней была понятна. Пока не наступила война, пока не погиб папа, пока не проснулся дар… Казалось, что-то большое поселилось во мне. Свыше или наоборот, из самого ада? И мне не нравилось то, что я не контролирую это, не понимаю, не могу объяснить. Даже себе. ⁂ Так ничего и не придумав и устав от мыслей, я направилась к общежитию. По дороге зашла в буфет, вспомнив, что обещала ночному тонтту молока и печенья. Там уже почти всё разобрали. За витринами с пустыми полками невидимый тонтту мыл чашки и чайники, хотя казалось, будто они полоскаются в мойке сами. Они продолжили это делать, даже когда на прилавке передо мной по запросу появилась стеклянная бутылочка и песочное лакомство в холщовом мешочке. Странные существа, эти тонтту, может, когда они невидимые, у них больше рук? Забрав заказ, я медленно прошла мимо пустой проходной, поднялась по ступеням. И остановилась, раздумывая где лучше оставить угощение — в пролёте или за горшком с причудливым цветком с кожистыми, плотными, похожими на мечи, листьями. — Разбалуешь, — послышалось за спиной, и я увидела Гел-Бассена, нашего интенданта. Он стоял совсем рядом, словно внезапно вырос позади меня. В первый миг интендант опять показался мне копией старика Мусля с кривой улочки, вот только не в белом тряпье, а в форменном костюме со знаками академии и в фуражке. Я даже встряхнула головой, чтобы сбить наваждение. Конечно, это был не он: Гел-Бассен помоложе, не такой смуглый и не такой блаженный. У нашего Мусля одни небеса в глазах. — Но ведь это не запрещается? — хмуро спросила я. — Не запрещается, — ответил интендант. А руки у него всё-таки были один-в-один: морщинистые, крупные, торчащие нелепо из белоснежных манжет, как сухие сучки абрикоса. — Не ладится у тебя, девочка? — ласково спросил интендант. — Нет, — призналась я. — Зла не хватает… Кряжистая рука вдруг погладила меня по голове, и я даже не отшатнулась, настолько неожиданным это было. Только моргнула. — Полюби свой гнев, — улыбнулся Гел-Бассен по-доброму, совсем как старик Мусль, когда я по утрам пробегала мимо него. |