Книга Попаданка, предсказанная дракону, страница 3 – Надежда Фатеева

Я не успела ответить. Мой взгляд упал на мужчину, сидевшего во главе стола, напротив меня. Высокий, с гипнотизирующими янтарными глазами и волосамитемной ночи. Он смотрел на меня не с любопытством, а с холодным, изучающим оцениванием, как смотрят на новую лошадь в конюшне. В его взгляде была власть. Абсолютная и неоспоримая.

И в тишине моего разума, охваченного паникой, прозвучал единственный, кристально ясный вопрос, обращенный к самой себе: «Алиса, и в какую же чертову историю мы с Катей теперь попали?»

И самое ужасное было в том, что я интуитивно знала, что ответ мне не понравится.

Алиса. Шок – это как ледяная вода. сначала оглушает, потом наступает момент дикого, животного желания выжить, когда мозг, протиравший свои внутренние очки, начинает с бешеной скоростью анализировать каждую деталь, оценивать все события, чтобы сделать надлежащие выводы.

Я стала наблюдать и первой деталью стали подсвечники. Массивные, из темного, отполированного до зеркального блеска металла, в которых отражались языки пламени. «Господи, – пронеслось у меня в голове, – один такой стоит как моя годовая ипотека. Два – как ипотека и машина». Абсурдность мысли заставила меня чуть ли не фыркнуть. Вот он, профессиональная деформация дизайнера, привычка все оценивать, даже интерьер в момент экзистенциального кризиса.

Второй деталью стал он. Герцог.

Он не сводил с меня своего янтарного взгляда, и я понимала, что это не влюбленный взгляд мужчины на очаровательную женщину. Это взгляд собственника на новое приобретение. Холодный, без единой искорки тепла. Его красота была идеальной и оттого пугающей – высокие скулы, твердый раздвоенный подбородок, темные густые волосы, ниспадавшие мягкими волнами на плечи. Он напоминал статую древнего бога, изваянную из мрамора и золота. Прекрасную и бездушную в своей идеальной красоте.

— Алисия, почему ты не отвечаешь на мой вопрос. Может тебе вино не по вкусу?

Его голос был низким, бархатным, но в нем звучали приказные нотки, человека привыкшего повелевать. Я действительно, я не расслышала вопроса, сердце заколотилось где-то в горле, а потом ухнуло вниз. —Прошу прощения, ваша светлость, – голос мой прозвучал неестественно тонко. – Я немного... осматриваюсь. Все так великолепно, — ложь… первая ложь во спасение. Мое спасение.

С моей правой стороны раздался сдавленный вздох. Катя, ее глаза сияли, как два огромных изумруда.

—Ох, Алисия, – прошептала она, сжимая мою руку под столом так, что кости захрустели. – Он божественен! Твой жених…И посмотри, какое платье мне досталось! Я чувствую себя принцессой!

Меня зовут Алисия. Ее – Катрин. И мы, судя по всему, главные актрисы в спектакле, репетицию которого мы пропустили. —Катюш, – осторожно начала я, наклоняясь к ней, – ты ничего не помнишь? Выставка? Дождь? Мужчина с чаем?

Она нахмурила свои идеально выщипанные темные бровки. —Какаявыставка? Аля, ты о чем? Мы же... мы же готовились к помолвке. В ее голосе не было ни капли лукавства, только легкое замешательство. Амнезия. Идеальная и полная. У меня сжалось сердце от жалости и страха. Она была здесь как на игровой площадке, а я одна видела забор с колючей проволокой.

—Моя невеста, кажется, делится секретами со своей компаньонкой, – раздался голос Эдриана. Он поднялся и медленно, с невероятной грацией хищника, обошел стол, приближаясь ко мне. Каждый его шаг отдавался в моих висках. – Это мило. Но сегодня все твое внимание должно принадлежать мне. Ты моя и я тебя хочу видеть рядом с собой.