Онлайн книга «Проделки Новогоднего духа»
|
— Я тоже была несказанно смущена и устроила горничным форменный разнос, — продолжала негодовать я. — И всё бы со временем забылось, но однажды моя Итти, при весьма щекотливых обстоятельствах, узрела… Скажем так, символ мужественности особы королевской крови. И вместо того, чтобы благоразумно промолчать, моя глупышка подчеркнула скромные размеры означенного достоинства. Опомнившись, она попыталась замять неловкость, выпалив первое, что пришло в голову: «Видела подобное в музее антропологии». И всё бы ничего, но бедняжка заметила, как сильно уязвила короля. Я не прошу у вас, вывешивать сей «шедевр» на всеобщееобозрение. А всего лишь умоляю в случае прибытия короля в ваш музей и его вопроса о картине «Цветок сладострастия» показать ее ему. Если он вдруг задаст косвенные вопросы, скажите, что картину оставила в музее неизвестная художница. Свидетельницей демонстрации творчества стала юная большеглазая зеленоглазая девушка. Она была так поражена изображенным цветком, что вы решили больше не будоражить ни юные, ни зрелые умы и поэтому храните тубус с живописью в подвале. Умоляю вас, не откажите мне в просьбе, я готова заплатить вам хорошую цену за ваше сотрудничество со мной и тайну. — Я бы и так вам помог, что мне короли, я бедный человек. Только вот у меня двойная радость и беда. Сын вернулся из плена, да хворью изведен. Каждое утро просыпаюсь с мыслью — как ему помочь. Денег же, что я смотрителем музея зарабатываю, едва на еду хватает. Где взять средства на лечение, ума не приложу. — Об этом можете не беспокоиться, — уверила я его. — Только если лечение вашего сына потребует немало средств, то, боюсь, соседи зададутся вопросом, откуда у вас появились деньги? Поступим так: я приеду к вам под видом дальней богатой родственницы и помогу с лечением. Диктуйте адрес… Представление для зевак разыграла по полной программе с дьявольским блеском в глазах и слезами. Сына смотрителя звали Якир, и выглядел он как иссушенный скелет. В чем душа держалась, не представляю. Забрала его и положила в лучшую столичную клинику, расплатившись второй половиной золотых из мешочка. Навещала больного каждый день, приносила ему солнечные фрукты, а медсестрам — маленькие радости в виде сладостей. Уже на третий день было заметно явное улучшение состояния здоровья Якира, на щеках проступил робкий румянец. Теперь за его судьбу можно было не тревожиться, и я, с облегчением в сердце, позволила себе окунуться в вихрь шопинга. Мой гардероб разросся еще на два неподъемных чемодана, что одновременно радовало и тяготило. Перспектива путешествия по миру с таким багажом казалась кошмаром, но время нужно было чем-то заполнить, и я пустилась во все тяжкие. Для Ольги приобрела царственный подарок — роскошную соболью шубу, к ней в тон шапочку, отороченную тем же драгоценным мехом, элегантные кожаные сапожки с меховой отделкой, перчатки и сумочку. Мой статус в глазах окружающих и гостей отеля мгновенновзлетел до небес, словно я разом купила себе графский титул. Оставив смотрителю музея двадцать золотых — скромное подспорье, дающее ему надежду дождаться выздоровления сына и обретения им работы, — я через четыре дня покинула Швенсинское королевство. Портал распахнулся, и я шагнула в Идуское государство. |