Книга Наследница поместья «Соколиная башня», страница 64 – Александра Воронцова

Да, себе я могла признаться, что мне понравились его поцелуи, но чтобы я из-за этого потеряла голову?

Вероятно, я и в самом деле чего-то не понимала в жизни.

— В общем, — продолжил Бладсворд, — времени до срока, когда ты сможешь избавиться от неё, достаточно, чтобы Джина реализовала свой план, в чем бы он ни состоял. С помощью этого таинственного Освальда или кого-то другого. Ты ведь не выглядела удивлённой ни во время сеанса чтения, ни когда рассказывала мне о том, что видела. Думаю, Джина уже пыталась тебе навредить. Так?

Я поджала губы.

— Возможно. Увы, у меня нет доказательств. А свидетельства моего дара не примут, пока их не заверит мой опекун. Слуги же имели дело лишь с последствиями, они не могут утверждать, что это дело рук моей мачехи.

— Будь твой род вассальным мне, я бы мог заверить твои показания, но ты — дитя Станхейма. Взрослое, соблазнительное, но несовершеннолетнее. По законам вашихземель.

— Меня всегда это злило! — не выдержала я. — Выходить замуж и рожать — уже взрослая, а купить себе лошадь — нет!

— Да, я тоже всегда находил это забавным, — отозвался владетель и заслужил от меня взгляд, полный ярости. — Шучу. Так или иначе, Джину от тебя необходимо отдалить.

— Увы, мачеха вовсе не собирается в ближайшее время покидать земли Бладсворд. Сама я уехать не могу, средств на это у меня нет, а бежать с пустыми карманами в неизвестность — кажется мне не очень толковой идеей, — огрызнулась я.

Можно подумать, сама бы я никогда не додумалась, что мне стоит держаться от Джины подальше.

— Твое благоразумие меня впечатляет, — сыронизировал Бладсворд. — Бежать никуда не стоит. Тебя тут же объявят в розыск по всей Конфедерации. На каждом столбе будет висеть объявление с твоим портретом: «Разыскивается наследница рода Чествик». Но ты вполне можешь погостить у меня в Бладсворд-парке.

— И что это изменит? Джина останется при мне, чтобы блюсти мою репутацию…

— Твою репутацию сможет блюсти и моя мать. Ее авторитет нерушим, лучше гаранта твоей благопристойности и не придумаешь. И как удачно, что моя мать совершенно не желаетвидеть Джину и откажет ей от дома. К тому же дела поместья наверняка требуют внимания твоей мачехи.

Я закатила глаза. Джина и дела. Несовместимо.

— В любом случае, никто не разрешит мне остаться в Бладсворд-парке.

— Разве тебе требуется разрешение? — приподнял бровь владетель. — Ты ударилась головой на лестнице, тебе стало дурно, и ты чуть не свалилась с лошади! Неужели ты забыла? — изумился он. — Я едва успел спасти тебя из-под копыт Великолепного.

Я прыснула:

— Какой вы герой!

— Именно, но ты умудрилась подвернуть ногу, и тебя никак нельзя доставить в поместье. Тебе требуется покой, — уверенно закончил легенду Бладсворд.

— Судя по тому, что я только что услышала, мне требуется не покой, а нянька. Звучит, конечно, разумно, но ведь я не могу болеть до совершеннолетия.

— А так долго и не надо. Проводя столько времени друг с другом, мы и сами не заметим, как нас одолеет страсть. Ты не устоишь передо мной, и…

Кажется, я уловила мысль владетеля.

— … заключим временную помолвку, — договорила я за него.

— Кхм… что-то вроде того, — подтвердил он.

— И чего же вы хотите взамен? — я уставилась в наглые красивые глаза.