Книга Наследница поместья «Соколиная башня», страница 86 – Александра Воронцова

Хотя такой уж непредосудительной мою прогулку назвать нельзя, и тот факт, что я на нее согласилась, печалил глубиной моего падения.

Я отправлялась в уединенный охотничий домик с мужчиной тет-а-тет, где, силы Небесные, я буду помогать ему раздеваться!

Самый же кошмар ситуации, что я уже наблюдала владетеля без одежды и до сих пор не сгорела со стыда. К собственному ужасу приходилось признать, что я не только привыкла к непристойностям Бладсворда, но и иногда даже получала от них удовольствие.

Когда все это закончится, надо сделать какое-нибудь пожертвование.

Лицемерно? Да.

Но я понятия не имела, как еще исправить урон, нанесенный моей нравственности, потому что догадывалась, что, когда я снова увижу Бладсворда раздетым, или пуще того, ему опять вздумается со мной целоваться, я опять забуду упасть в обморок.

Девятнадцать лет я думала о себе, как о благовоспитанной леди, и, кажется, ошибалась.

Чтобы не чувствовать этой утомительной неловкости, я решила заняться чем-то полезным, а именно: стрясти с Бладсворда обещанную историю про «Деву».

— Милорд, вы согласились рассказать про дерево. И не смейте увиливать! — строго потребовала я, глядя в спину идущего передо мной владетеля. — Раз леди Синтия хотела мне поведать эту легенду, значит, нет в ней никакой тайны.

Бладсворд оглянулся на меня через плечо:

— Сколько властности в такой маленькой птичке, — усмехнулся он.

Я уже было собралась смутиться тому, что приказываю владетелю земель, но быстро передумала. Жизнь показала, что воспитанные девочки остаются без информации, если вообще остаются в живых.

Так что я лучше еще немного побуду невоспитанной, тем более, что Бладсворд вроде бы не рассердился.

— Что тут у вас происходит с девами? — не дала я ему соскочитьс темы на любимые провокации. — Таверна «Печальная дева», дерево «Падшая дева»…

— Это все одна и та же девица, — огорошил меня владетель.

— Э… это реальная личность? И что же? Она стала падшей, и сей факт ее расстроил?

— Энни, Энни… Что же это за грехопадение такое, от которого расстраиваются? После него, наоборот, должно быть хорошо…

— Милорд!

— Все-таки дам я тебе почитать «Колдовскую страсть»…

— Я пока жажду историю «Падшей девы» в вашем пересказе, — снова вернула я к нашей теме Бладсворда.

— Что ж, идти нам еще минут десять, как раз уложусь. По легенде именно у этого дерева нашли Фрею Чествик после исчезновения.

Фрею Чествик?

Я обратилась в слух.

— Это если верить сплетням. Никто не знал, что произошло на самом деле.

— Исчезновения? Леди Фрея куда-то исчезала? Как это возможно, что благородная девица куда-то пропала, потом нашлась, и никто не дознался, что тому было виной?

Верилось с трудом.

Правда, если вспомнить портрет Фреи, висевший в картинной галерее Чествик-холла, нельзя было не отметить, что лицо у нее волевое и даже дерзкое. Я бы поверила, если бы мне сказали, что она была взбалмошной особой.

Такая и сбежать могла.

— Времена были немного иные. К тому же, здесь тебе не нудный чопорный Станхейм, Энни. Это Бладсворд, и мы, местные, ценим свободу…

— Ну-ну, — хмыкнула я. — Но порядки в высшем свете ничем не отличаются от наших.

— Не обольщайся. Так только кажется, поскольку ты чужачка. Никто из здешних не обманывается мнимым соблюдением правил приличия. По крайней мере, правил того сорта, что мешают поступать так, как вздумается.