Книга "Феникс". Номер для Его Высочества, страница 118 – Элиан Вайс

— Благодарю, — спокойно, будничным тоном сказал он. — Я разберусь.

Не повышая голоса, он подозвал одного из своих личных стражников, стоящих у дверей, и отдал короткое распоряжение. Стражник кивнул и бесшумно исчез.

Прошло не больше десяти минут. Музыка играла, пары кружились, никто ничего не замечал. И вдруг в зале возникло движение. Два стражника под руки выводили сопротивляющуюся Вивьен. Она шипела, пыталась вырываться, но её держали крепко.

— Пустите! Как вы смеете! Я леди! Я буду жаловаться королю! — кричала она, но её голос тонул в музыке.

Увидев происходящее, Генри вскочил с места, опрокинув стул, и бросился за ней, но путь ему преградили другие стражники.

— Ваше величество! — воскликнул он, подбегая к отцу с белым, как мел, лицом. — Что происходит? Что вы делаете с Вивьен?

— Твоя бывшая любовница, Генри, — холодно, с ледяным презрением ответил король, даже не глядя на сына, — только что пыталась меня отравить. Вернее, опоить приворотным зельем с целью последующего шантажа и захвата власти. Она арестована.

— Этого не может быть! — выдохнул Генри. — Вы ошибаетесь!

— Мои люди не ошибаются, — отрезал король, и в его голосе звякнула сталь. — А ты, сынок, сегодня выглядишь отвратительно. Много пил. Иди проспись. Завтра утром мы поговорим с тобой на трезвую голову. О многом поговорим.

Генри пошатнулся, словно его ударили, и, понурившись, побрёл прочь из зала, провожаемый десятками любопытных взглядов. Я выдохнула с таким облегчением, что у меня подкосились ноги.

— Спасибо, Лилиан, — король наконец повернулся ко мне, и в его глазах, всё ещё холодных, мелькнуло тёплое одобрение. — Ты снова спасла меня. Во второй раз.

— Не за что, ваше величество, — я поклонилась, чувствуя, как дрожат колени. — Это мой долг.

— Нет, Лилиан, — покачал он головой. — Не долг. Это твой выбор. Ты могла промолчать, сделать вид, что ничего не видела, и позволить событиям идти своим чередом. В конце концов, я тебе никто. Но ты не стала. Ты рискнула. За это я тебя и ценю больше всего на свете.

Он кивнул мне, коротко улыбнулся и с невозмутимым видом отошёл обратно к гостям, словно только что решил не вопрос государственнойважности, а мелкое недоразумение. А я осталась стоять, чувствуя, как адреналин уходит, оставляя после себя дрожь и пустоту.

— Тш-ш-ш, — Эрик тут же оказался рядом, обнял меня, прижимая к своей широкой груди. — Всё позади. Ты молодец. Ты справилась.

— Она могла убить его, Эрик, — прошептала я, уткнувшись носом ему в камзол. — Или опозорить перед всем двором. И всё это из-за какой-то безумной жажды власти.

— Но не убила. И не опозорит. Никогда. Потому что ты вовремя оказалась там и вмешалась. Без тебя всё пошло бы по-другому.

Я прижалась к нему крепче и закрыла глаза. Музыка играла, пары кружились, смеялись, но для меня этот шум был где-то далеко. Я чувствовала только тепло Эрика и бешеный стук собственного сердца, который постепенно успокаивался.

— Эрик, — тихо сказала я, поднимая на него глаза. — Давай завтра просто выгоним всех к дьяволу? И короля, и придворных, и всех этих интриганов. Запрем двери и будем жить спокойно. Только ты и я.

— Давай, — усмехнулся он, убирая прядь волос с моего лица. — Завтра так и сделаем. Выгоним ко всем чертям.

Мы стояли, обнявшись, посреди этого блестящего, фальшивого мира, и это был наш маленький островок правды и тепла.