Книга "Феникс". Номер для Его Высочества, страница 32 – Элиан Вайс

— Затем, что я предложила ему выгодную сделку, — терпеливо пояснила я, как объясняют ребёнку прописные истины. — Я исчезаю из дворца тихо, без скандала — вы женитесь на ком хотите, хоть на Вивьен, хоть на своей левой ноге. А он даёт мне это поместье. Все довольны. Кроме вас, судя по лицу.

Генри скомкал бумагу — мою драгоценную бумагу с королевской печатью! — и швырнул на землю. Потом наступил на неё ногой для верности.

— Это недействительно! — заорал он, и слюна брызнула во все стороны. — Я оспорю! Я докажу, что ты его обманула! Околдовала! Ты ведьма! Точно, ведьма!

— Валяйте, — я наклонилась, отодвинула его ногу (он даже не шелохнулся, настолько был в бешенстве), подобрала бумагу и аккуратно расправила её на колене. — Только король уже всё подписал и скрепил печатью. И если вы сейчас устроитескандал, всем станет известно, что принц Генри так хотел избавиться от невесты, что сам её выжил. А она взяла и ушла. Сама. Как думаете, понравится это вашей Вивьен? Её же после такого вообще ко двору не подпустят. Скажут — интриганка, разлучница, позор семьи.

Генри замер. В его глазах метались бешенство и… страх? Да, кажется, страх. Самый настоящий, липкий страх. Перед Вивьен, перед отцом, перед общественным мнением, перед тем, что о нём скажут. Интересно, он вообще чего-то боится по-настоящему? Или только того, что подумают другие?

— Ты… — прошипел он, и голос его стал тихим и вязким, как болотная жижа, — ты заплатишь за это. Я тебя уничтожу. Я сотру тебя в порошок. Я…

— Уже плачу, — перебила я, кивая в сторону дома. — Вон, видите, крышу чиню. Рабочим платить надо, материалы покупать. Денег совсем не осталось, но ничего, прорвёмся. Так что если у вас всё — идите, ваше высочество, не мешайте трудиться. У нас тут, между прочим, аврал.

Я отвернулась и пошла к дому, делая вид, что аудиенция окончена. Внутри всё дрожало, но я знала: показывать это нельзя ни в коем случае.

— Стоять! — рявкнул Генри.

Я остановилась, но не обернулась.

— Что-то ещё?

— Я… я приказываю тебе вернуться во дворец! — выпалил он, и в голосе его звучала такая неподдельная уверенность в собственной правоте, что мне даже смешно стало. — Как твой жених! Как принц! Как твой будущий муж! Как…

— Как никто, — перебила я, резко оборачиваясь и глядя ему прямо в глаза. — Вы мне никто, ваше высочество. И никогда не были. Я была для вас ширмой, игрушкой, мишенью для насмешек, удобной дурочкой, на которой можно жениться, чтобы папочка отстал. Но игра кончилась. Я вышла из неё. А вы… вы остались. Со своей Вивьен, со своим самолюбием и с полным непониманием того, что в этой жизни вообще происходит. Вы даже не заметили, что я ушла. Вас Вивьен прислала, да? Сказала, что я опозорила вас, и надо срочно вернуть, чтобы сохранить лицо? А сами вы что думаете? Вам-то самой зачем я сдалась?

Генри стоял, открыв рот. Кажется, никто и никогда не говорил с ним так. Никто не смел. Даже Вивьен, при всей её власти над ним, наверное, не решалась на такие слова. Потому что боялась потерять своё влияние. А мне терять было нечего.

— Ты… — выдохнул он.

— Что — я? — усмехнулась я. — Правда глазарежет? Привыкли, что все перед вами на задних лапках ходят, да? А тут какая-то деревенщина взяла и послала вас куда подальше. И ничего вы с этим не сделаете, потому что я права, а вы — нет.