Книга Анатомия страсти на изнанке Тур-Рина. Том 2, страница 76 – Селина Катрин

— Нет. У меня никаких гарантий, — выдавила сквозь силу.

— Ну вот, — заключил адвокат. — Значит, на Цварг тебе нельзя. Совсем.

— Твоя помощница Софи меня замучила звонками за последние сутки. Где ты пропадаешь? Там без тебя в «Фокс Клиникс» какой-то бардак!

— Ох… спасибо, Сирил, — проговорила я, находя в себе силы поблагодарить за консультацию. — Я подумаю, что делать. Так соскучилась по Лее… Может, всё же приеду её навестить на недельку-другую.

— Тери, ты не поняла? — вдруг переполошился юрист. — Ещё раз повторяю: даже если тебя не посадят на Цварге в тюрьму, тебе нельзя там появляться ни при каких обстоятельствах. Вообще. Этот Монфлёр может придумать тысячу и один способ не выпускать тебя со своей родины, даже не сажая в тюрьму! Если ему захочется, ты навсегда там останешься.

Несколько секунд в канале стояла тишина. Затем Сирил понизил голос ишёпотом добавил:

— И даже, я подчеркиваю «даже», если представить, что каким-то немыслимым образом ты смогла забрать Лею с Цварга… Эстери, посмотри на себя и на Монфлёра. Он сенатор у власти с прозрачным доходом, собственным жильём на безопасной планете, которая, к слову, согласно документами является родиной Леи. Ну и Лея — его законная дочь, а ты…

Договаривать не требовалось.

А я, Эстери Фокс, работаю на изнанке Тур-Рина. Мой доход не сопоставим с доходом Монфлёра и точно не является таким же белым с точки зрения закона. Про безопасность планеты лучше и вовсе не заикаться… Да любой суд Федерации отдаст опеку над дочерью Кассиану, а не мне.

Я прикусила губу так, что почувствовала металлический привкус крови. Слова адвоката резали слух хуже, чем скальпель без анестезии.

Да, он был прав. Я знала это. Монфлёр мог улыбаться, играть в джентльмена, говорить о «будущем Леи», «правильных решениях» и «безопасности», но достаточно одного его росчерка, одной бумажки, одного звонка — и я вместе с Леей превращусь в пленницу на Цварге, хоть и не за решёткой. Достаточно одного того, как он несколько часов назад принял решение за меня, где я буду жить дальше.

Я судорожно втянула воздух.

Лея. Моё солнце, мой свет, моя малышка. Как же хочется обнять тебя, почувствовать клубничный запах твоих волос.

— Ясно, — произнесла я ровным тоном, хотя внутри всё рвалось на части. — Спасибо, Сирил. До свидания.

— Тери… — Он хотел что-то добавить, но я отключила связь.

Тишина обрушилась внезапно, как космос без звёзд. И в этой тишине я дала себе слово: я верну Лею. Рано или поздно, так или иначе, но я обязательно это сделаю.

Эстери Фокс

Дни потянулись вязкой тревожной массой, где время перестало иметь привычные границы. Вернувшись на Тур-Рин, я окончательно потеряла ощущение дня и ночи: работа слилась в непрерывный поток. Казалось, сама планета давила тяжёлой атмосферой, не давая выдохнуть.

Виной тому было моё двухмесячное «безделье в изоляторе», за которое теперь приходилось расплачиваться: на меня обрушились отложенные операции, шквал решений, кипы документов. И словно этого было мало, сверху прилетело ещё одно испытание — наследство Хавьера, преподнесённое в виде неожиданного и весьма спорного сюрприза.

Вначале ко мне потянулись сомнительные личности, требуя что-то им отдать или заплатить. Потом бывшие люди Хавьера пришли за зарплатой. Позднее ещё несколько лиц вдруг захотели взыскать долг. С теми, кто показывал расписки и весомые доказательства, я разговаривала, переводила остатки со счётов Хавьера, доступ к которым мне передали банки, а с теми, кто вёл себя грубо, — откладывала разговоры на потом.