Книга Драконово логово. Развод столетия, страница 120 – Эва Кертис

— Это все, конечно, очень мило, — доносится до них голос Бадьяна, — но вы на земле ведьм. И я гарантирую, если вы не превратитесь обратно, последствия вам не понравятся.

— Сумежник (название домового в магическом мире. Существо служит ведьмам, но не является их фамильяром. Сумежник решает сам, остаться ли ему служителем ведьмы или уйти — прим. авт.) — шипит Бернард. А в следующее мгновение обретает человеческую форму.

Красная драконица мигом следует примеру своей пары. Только вот с одеждой мне везет не так сильно. И я оказываюсь совершенно обнаженной под взглядами двух мужчин.

Сумежник фыркает, скрестив руки на груди, и отворачивается с видом оскорбленного достоинства. Его глаза, похожие на две золотистые звездочки, презрительно сужаются.

— Ну вот опять, — бормочет он, скребя когтями по полу. — Драконы. Вечно с вами одни неприличности.

Я чувствую, как жар разливается по щекам, но Бернард уже срывает с себя рубашку и накидывает мне на плечи. Тяжелая ткань пахнет дымом и железом, его теплом.

— Ты в порядке? — его голос теперь человеческий, но в нем все еще звучат отголоски того рокота, что вибрировал в груди у дракона.

Я киваю слишком быстро, слишком нервно и тут же ловлю на себе взгляд Бадьяна. Он стоит, слегка откинув голову, и наблюдает за нами с тем же выражением, с каким смотрят на котят, запутавшихся в клубке пряжи.

— Очаровательно, — протягивает он, и в его голосе звучит яд, прикрытый сладостью. — Но, дорогие мои, если вы закончили с трогательными воссоединениями, у нас есть дела поважнее. Например, вы только что нарушили с десяток пунктов Ведьминого Уложения. И даже не это ваша самая большая беда. Из-за тебя, Пришедшая, проснулся Вейнтайн. И вот это уже настоящая проблема.

— Бадьян! — резкий окрик заставляет домового обернуться. Мы с Бернардом тоже поднимаем глаза и видим, как к нам быстрым шагом направляется высокая женщина. Бледная Лукьяна стоит на деревянном крыльце, обхватив перила, словно это единственное, что помогает ей держать вертикальное положение.

— Китра Безропотная, — уважительно кланяется Бадьян.

— Ступай к своей ведьме, — мягко, но повелительно указывает она молодому мужчине. — Твоя энергия ей сейчас необходима. А с нашими гостями, — она бросает в сторону меня и Бернарда пристальный взгляд, — я поговорю сама.

Без единого возражения, Бадьян растворяется в воздухе с легким хлопком, оставив за собой шлейф пряного дыма. Лукьяна делает шаг вперед, ее пальцы судорожно сжимают складки платья. Она выглядит так, будто вот-вот рухнет. Но рядом с ней возникает Бадьян, молча подхватывает на руки и уносит в дом.

Китра делает шаг вперед. Ее тень, удлиненная закатным солнцем, ложится на нас, как пелена.

— Что вас привело в мой дом? — ее губы искривляются в улыбке, лишенной тепла. — Я умолчу о том, что вы нарушили границы, разбудили древнее зло и притащили за собой цепочку неприятностей. Ладно Пришедшая, — она кивает на меня, — ей неведомы правила нашего мира. Но ты, — ее острый взгляд мечет молнии в Бернарда, и мне хочется закрыть его от ведьмы, — как ты мог допустить подобное?

В воздухе повисает тишина, густая, предгрозовая.

— Так что, дорогие гости, теперь у вас всего два пути. Либо вы честно расскажете мне, что привело вас сюда… либо я найду ответы сама.