Книга Хозяйка кафе «Золотой Цыпленок», или Жаркое из дракона, страница 75 – Николь Фенникс

На мгновение мне показалось, что она ударит. Словом. Чем-то еще. Но Сибилла лишь усмехнулась.

— Что ж, Каэлен. Ты всегда умел делать неожиданный выбор. — Она поправила перчатку, не глядя на меня. — Я покину город сегодня же. Но запомни: я не прощаю оскорблений. И твоя… истинная… — это слово она произнесла с едва уловимой насмешкой, — …пусть молится, чтобы ее происхождение и статус выдержали испытание твоим кругом.

Она развернулась и вышла, даже не взглянув на прощание. Дверь за ней захлопнулась с неприятным, резким звуком.

Я стояла, вцепившись в спинку стула, и пыталась осознать, что только что произошло.

— Истинная? — мой голос прозвучал хрипло. — Что это значит? Что ты только что сделал?

Он повернулся ко мне. В его глазахне было сожаления.

— Это значит, — сказал он тихо, — что отныне, по законам моего рода, ты находишься под моей абсолютной защитой. Это значит, что никто — ни Сибилла, ни «Синдикат», ни Совет — не имеет права причинить тебе вред без объявления войны мне. Это значит… — он шагнул ко мне и взял мои руки в свои. — Это значит, Элли, что я выбрал тебя. Не как партнера по бизнесу. Не как загадку. Как ту, с кем я готов разделить свою жизнь. И да, я должен был сказать тебе раньше о своих планах. Но когда она стояла там и смотрела на тебя своим надменным взглядом… я не мог позволить себе ждать.

Я смотрела на него, и в голове крутилась только одна мысль: «Он назвал меня своей. При ней. При этой высокомерной аристократке. Он поставил на меня. Все. Без остатка».

— Я до сих пор не до конца понимаю, что такое «истинная» в драконьем понимании, — призналась я честно. — Но кажется, это что-то очень серьезное.

— Это все, — ответил он просто. — Это все, Элли.

Я выдохнула. И улыбнулась.

— Тогда, наверное, нам стоит это отпраздновать.

Он посмотрел на плиту, где доваривалось мое варево, и в его глазах мелькнула та самая искра, ради которой стоило терпеть все эти «минные поля» и опасные игры.

— Ты невероятная женщина, Элли.

— Я знаю, — ответила я, беря две чистые кружки. — Но приятно, что ты это замечаешь.

Вечер был идеален. А ночь, которая за ним последовала, — еще лучше.

Сибилла ушла, но ее последние слова звенели в ушах, как предупреждение: «Пусть молится, чтобы ее происхождение и статус выдержали испытание твоим кругом».

Что это значило? И какие еще испытания готовил мне этот мир, в котором я теперь была официально признана «истинной» дракона?

Ответов не было. Но был Каэлен, и его рука, сжимающая мою. И этого пока было достаточно.

Слухи в городе распространялись очень быстро.

К полудню следующего дня о том, что лорд Каэлен ь назвал хозяйку «Золотого цыпленка» своей истинной, знали, кажется, даже крысы в городской канализации. Реакция была разной — от скептического фырканья до откровенного шока.

— Истинная? Она? — услышала я обрывок разговора двух женщин у входа в булочную, когда шла на рынок за зеленью. — Да она же простолюдинка! У нее и рода-то нет!

— А ты не слышала? — вторила ей вторая. — Говорят, она самого Каэлена заколдовала.Приворотное зелье сварила! У нее в кафе эти… специи диковинные, может, там что подмешивает?

Я усмехнулась про себя. Приворотное зелье. Если бы они знали, что единственное зелье, которое я варю — это глинтвейн с корицей.